|
Надпись на крышке по-немецки «Kraftstoff 200 l». Бочек пять штук, лежат в кузове, надёжно ремнями перевязаны. Это получается (Два пишем, три на ум пошло.) — тысяча литров. Им на всю дорогу до Киева хватит.
А продукты? Едут в городок Острог, и Якову Острогину можно будет торжественно вручить за помощь при переправе через границу. Да и вообще бросать жалко. И что получается, что нужно дальше ехать на трёх машинах?! Благо, все трое этому делу обучены. С поляков сняли форму. А то сразу опознают, как найдут и в розыск машины подадут, а им ещё ехать и ехать. Кроме того, если на себя надеть, то хоть какая-то маскировка будет. Может, полицейские колонну военную и не будут останавливать.
Форма была в крови. Бензинчика отлили из бочки, замыли, потом, в ручье, что бежал вдоль дороги прополоскали. Сушить некогда, выкрутили, как могли, и надели влажную на себя. Ничего, тепло, солнышко не по-детски, а совсем даже по-взрослому, припекает, высохнет.
Брехт, пока пацаны этими постирушками занимались, попытался Малгожате объяснить, кто они такие и куда движутся, а также, зачем он её уволок. Описал и возможную ситуацию, если она поедет домой или просто пойдёт в милицию. Девушка молчала, и только сильнее вжималась в диван в «Мерседесе».
— Малгожата, тебе, наверное, в кустики надо, сходи, никто не будет тебя за верёвку держать. Убежишь, догонять не станем. Только, прежде чем эту глупость сделать, подумай, как следует. Чего ты больше хочешь, быть изнасилованной немцами, повешенной за все наши преступления поляками или жить счастливой жизнью в СССР, у меня дочь приёмная в этом году будет в медицинский институт поступать во Владивостоке, так вместе там можете учиться и жить. Я ей домик построил замечательный. А закончишь институт, и как раз мировая война закончится. Поедешь, если хочешь, домой уже дипломированным врачом. Всё. Уговоры окончены. Дальше сама думай. Дверь открытой оставляю. Хочешь в кустики, иди в кустики, хочешь, бежать в полицию, беги в полицию.
Брехт отошёл от машины и принял участие в застирывании формы, даже не оборачиваясь на «Мерседес». Рисковал. Может всё же ломануться в полицию, и сообщить тем их местоположение. Так их в Луцке, скорее всего, и так искать будут, Но собирался же там маршрут так выработать, чтобы город миновать и миновать под утро. Не будут, надо думать, их круглосуточно на всех дорогах Польши искать. У бедных поляков кроме Брехта сейчас забот выше крыши. Немцы вторглись в пределы Речи Посполитой и уже приличный кусок территории от неё откусили. Если и разошлют ориентировку, то никто усердия проявлять и сутками караулить на всех дорогах и тропках Польши не станет. Полно забот у людей без каких-то непонятных воришек. Война.
Малгожата вернулась. Значит, не дура. Поехали таким караваном: впереди на «Форде» с продуктами Иван Яковлевич в офицерской форме, звезды на погоне оказалось три, выходит он теперь целый капитан Войска Польского, вёл, не насилуя машину, за ним ехал на Mercedes-Benz 500K Ванька с пассажиркой и замыкал колонну на «Форде» с бочками Франческо. Одну бочку сразу разлили по бензобакам. Всем хорош «Мерс», вот только он жрёт больше тридцати литров на сто километров. Оно и понятно две с половиной тонны весит. И машина не маленькая, два метра шириной и пять с половиной длиной. Половину бочки сразу в него залили, и остатки разлили по «Фордам». Теперь до Ровно всем должно хватить. Бочку пустую не выкинули, Острогиным в хозяйстве пригодится.
Повезло с погодой. Солнце за всю предыдущую дождливую неделю решило планете Земля и Западной Украине в частности возместить те гигаватты энергии, что она недополучила. Жарило не по-детски, словно не конец апреля, а середина июня. Грязь на дорогах прямо на глазах подсыхала. Ещё и тем повезло, что почва не глина, как в России, а песок. А, вообще, дорога оказалось ужасной, если по центральным дорогам ещё можно проехать, за ними следят и колеи засыпают, то по этой второстепенной дороге эту работу проделывать властям мысля в голову чубатую не пришла. |