Компания и вправду подобралась пестрая. Примерно половина прилетела с Земли — как решил Граймс, на том самом клипере «Катти Сарк». Чиновники, юристы, неизбежные университетские преподаватели, старшие и младшие, которые решили расширить свои познания о мирах Федерации сравнительно дешевым способом. Ольганцы были людьми примерно того же круга.

Когда очередь дошла до него, Граймс представился:

— Джон Граймс, астронавт. Последнее место постоянного жительства Сент-Хелиер, Нормандские острова, Земля.

Таня Ланкастер, одна из учительниц, которые сидели через проход — та, что помладше и посимпатичнее, — повернулась к нему:

— Я так и думала, что вы с Земли, Джон. Ничего, что я называю вас по имени? Таковы правила этого тура.

— Мне это даже нравится, Таня.

— Отлично. Но вы не с «Катти Сарк». Я помню там всех офицеров, по крайней мере в лицо.

— И если бы я служил на «Катти Сарк», я бы непременно запомнил вас, галантно отозвался Граймс.

В конце концов, эта Таня довольно мила. Каштановые волосы, зеленые глаза, тонкое умное лицо…

— А, вы, наверное, с Базы, — предположила она.

— Почти угадали.

— Как Вы все усложняете… А, я догадалась! Вы с того смешного маленького истребителя — или как это у вас называется. Который стоит на космодроме на площадке ФИКС.

— Это не «смешной маленький истребитель», — холодно поправил ее Граймс. — Это курьер «серпент-класса».

Девушка рассмеялась.

— И он ваш. Я слышала, как ваш друг называл вас «капитан».

— Да, он мой…

— А теперь, друзья, — загремел глас водителя, — как насчет чего-нибудь спеть, чтобы оживить путешествие? Есть добровольцы?

Микрофон передали группе ольганских студентов. После краткого совещания они затянули:

— Но это же наша песня! — возмутилась Таня. Ее австралийский акцент внезапно стал очень заметен. — Это же наша песня — «Вальс Матильды»!

— «Вальс Матильды» никогда не был вашей песней, — возразил Граймс. Слова — да, но не мелодия. Как и на многие другие мелодии, на нее постоянно сочиняют новые слова.

— Наверное, вы правы. Но эти их смешные стишки — о чем они?

— Вы когда-нибудь слышали о двигателе Эренхафта?

— Это самые первые двигатели, да?

— Ну, можно сказать и так. Генераторы Эренхафта превращали корабль, по сути, в огромную намагниченную частицу. Пока корабль двигался по нужной магнитной линии, он катился как по рельсам и попадал куда нужно, причем довольно быстро. Но если случалась магнитная буря, линии спутывались, как спагетти в тарелке. Корабль могло забросить куда угодно — или вообще никуда. Линии обрывались, и генератор полностью терял энергию. Из этой ситуации только один выход — запустить аварийные дизель-генераторы, чтобы дать энергию генераторам Эренхафта. И лететь — дальше и надеяться, что наткнешься на пригодную для жизни планету прежде, чем закончится горючее.

Таня усмехнулась.

— Хм. Думаю, эта история куда больше достойна быть увековеченной в песне, чем наш овечий вор. Но все-таки я предпочитаю оригинал.

Она кивнула своей подруге — Мойре Стивене, полной жизнерадостной девице — и спела тот вариант, который называла оригинальным.