Ничего, ровным счетом ничего. И есть ли у него законные основания противодействовать капитану? В этой маленькой лужице он всего лишь маленькая лягушка… а Крейвен объяснил, кто здесь самая большая лягушка, и объяснил вполне доходчиво. Надо было больше внимания уделять галактическому законодательству… Правда, Граймс подозревал, что подобную ситуацию вряд ли сможет разрешить даже профессиональный юрист.

Его не оставляло смутное предчувствие: в самом ближайшем будущем — пока еще туманном — ему понадобятся все телесные и душевные силы. Граймс пристегнулся к койке и решил хотя бы во сне забыть о тревогах. В Академии он прослушал (хотя и не слишком внимательно) курс психологии, а посему знал, что это не более чем стремление вернуться в материнскую утробу. Но перед тем как плавно погрузиться в неглубокий сон, он пожал плечами и подумал: «Ну и что?»

Он проснулся словно от толчка.

У его койки стояла Джейн Пентекост и смотрела на него сверху вниз.

— Заходи, — сказал он. — Стучать не обязательно. Полюбуйся, какая у нас нищета. А вообще это Дом Свободы: можешь обзывать кота ублюдком и, кажется, плевать на ковер.

— Не смешно, — ответила она.

— Верю. Даже я, когда впервые это услышал, смог удержаться от катания по полу и смеховой истерики.

— Не стоит так злиться, Джон.

— Да неужели? Наверно, ты бы пела от восторга, оказавшись в этой ватной клетке?

— Не думаю. Но ты сам напросился.

— Если «напрашиваться» означает выполнять свой долг — пытаться его выполнить… Ладно, как там наш капитан-пират? Уже отчалил, вооружившись до зубов краденым оружием?

— Нет, оружие пока не установили. Давай отложим юридические вопросы на другой раз, Джон. У нас мало времени. Я… я зашла попрощаться.

— Попрощаться? — тупо переспросил он.

— Ну да. Кто-то же должен кормить экипаж на «Эпсилоне Секстана» — вот я и вызвалась.

— Ты?

— А почему нет, черт побери? — взорвалась она. — Капитан Крейвен перелез на нашу сторону забора. Хороши мы будем, приграничники, если никто из нас с ним не полетит. Бакстер уже перенес свои вещи — он будет старшим реактивщиком. Один из ИМРД на «Секси Эппи» уцелел, но это четвертый механик, он может только следить за приборами.

— А кто еще?

— Больше никто. А, еще три «имама»: главный, второй и третий. Теперь, когда их корабль вооружили, они хотят остаться… просто горят желанием. И псионик тоже остается. Наши офицеры наперебой просились на «Э.С.», но Старик их завернул. Сказал, что нельзя рисковать своим кораблем, оставляя его без команды. Особенно с пассажирами на борту.

— Это его дело, — холодно отрезал Граймс. — Только интересно, как он думает отбиваться, если вальдегренцы повторят попытку?

— По крайней мере, он надеется дать отпор. Ставит дистанционное управление орудиями на главный пульт.

— Неплохой вариант, — признал Граймс. Слова Джейн задели в нем профессиональную струнку. — Но не оптимальный. Обычно во время боевых действий капитан только управляет кораблем, но не корректирует огонь.

— Все-то ты знаешь.

— Кое-что знаю.

— Конечно, ты же читал книжки. А капитан Крейвен всего-навсего командовал легким крейсером, когда была эта заварушка с дрингами — куда ему до тебя?

— Все равно — у него не четыре руки и не две головы.

— Может, хватит городить ерунду? — выпалила Джейн.