Зато их ночи с Ленским стали гораздо ярче. Это было похоже на соперничество хозяина с красивым, но зависимым от него другом, который без труда мог бы добиться женщины, которую он, Ленский, просто купил. Анну увлекала эта борьба, однажды она решила даже, что ее банкир просто-напросто влюбился, но потом сама же этой мысли ужаснулась. Ленский? Влюбился? Ха-ха-ха! Да он даже не знает, с какой стороны у него сердце! Однажды ночью, после вспышки страсти у Анны, вне всякого сомнения подогретой ужином с Малиновским, Ленский со своей гнусной усмешечкой сказал:

— А я тебя, Нюра, уважаю.

— За что, интересно? — так же гадко усмехнулась Анна.

— За характер. Ведь ты не ляжешь с ним в постель, хотя очень этого хочешь. Ладно, я знаю, как вылечить тебя от этой страсти к моему кобелю-приятелю. Помучилась — и хватит.

— Как интересно! — улыбнулась Анна. — Не знала, что от страсти к красивому мужчине есть средство.

— Для тебя есть.

— А чем я отличаюсь от других?

— Тем, что ни на кого не хочешь быть похожей.

На другой день он впервые повез Анну в казино. Она была крайне удивлена, поскольку давно уже ему сказала, как презирает людей, выбрасывающих деньги на ветер. Самой Анне острых ощущений хватало раньше и без рулетки. Но любопытство, возбужденное словами Ленского о лекарстве от Дениса, пересилило ее отвращение к подобного рода заведениям.

Интересно, что же придумал этот доморощенный психолог?

Когда в казино появился Денис под руку с роскошной и смертельно длинноногой блондинкой, Анна почувствовала, что ей не по себе. Блондинка выигрывала у нее по всем статьям, начиная от цвета волос, вне всякого сомнения натурального, и кончая изумительными суперногами. Анна невольно сжалась. Краем глаза она следила за Малиновским и его женщиной. Когда блондинка исчезла ненадолго, видимо, чтобы подмазать губки, к Денису тут же подкатилась сногсшибательная брюнетка в алом блестящем платье. Денис ей что-то недовольно сказал, брюнетка тут же в него вцепилась, явно собираясь закатить истерику.

— Это его бывшая любовница, — услышала Анна вкрадчивый голос Ленского. — А вон та — будущая.

Он кивнул на рыжеволосую девицу, которая не проявляла к Малиновскому никакого интереса и, кажется, вообще не была с ним знакома.

— С чего это ты взял? — разозлилась Анна.

— А Денис их чередует по кругу: черная, белая, рыжая. Я его привычки не первый год знаю. Ну как? Будешь занимать очередь? Только учти, что не пройдет и недели, как он поменяет тебя на очередную брюнетку. Привычка — вторая натура. — Тут Ленский тяжело вздохнул: — Впрочем, можешь попробовать.

— Какой ты мерзавец!

— Я?! Вот уж нет. Я-то по натуре жуткий консерватор и могу дать слово, что никогда тебе не изменю. Так что выбирай: всегда со мной или пару месяцев с ним.

— Я пока не сошла с ума!

— И это радует. А он просто кобель. От этого не лечатся, от этого умирают.

— Все, поехали отсюда, — Анна решительно поднялась.