Бренор выпрямился и глубоко вздохнул. Он заметил, что остальные воины отошли в сторонку и уставились на него. Он медленно повернулся к Рваному Дайну.

— Ну, давай! — потребовал ветеран.

Бренор широко развел руками, словно спрашивая; зачем?

— Целый год ты хандришь, плюешься и взбрыкиваешь! — заявил Рваный Дайн. — Тебе что, так чертовски не терпится убраться отсюда?

Бренор провел по лицу рукой и не моргая уставился на ветерана.

Рваный Дайн швырнул топор и круглый щит под ноги Бренору, потом схватил со стойки второй комплект.

Бренор взглянул на оружие, фыркнул и сверкнул глазами на Рваного Дайна.

— Клангеддину это угодно, — заверил его ветеран.

Бренор снова фыркнул.

И ушел.

Придя домой, он ни слова не сказал Увин, просто прошел мимо нее в свою комнату и принялся заталкивать одежду в мешок. Он не сомневался, что его поведение на тренировочной площадке повлечет за собой некие последствия, но также достаточно хорошо знал традиции дворфов, чтобы понимать: его не смогут лишить обещанного путешествия в Мифрил Халл.

— Клангеддин, — сплюнул он, набивая мешок, — надеюсь, тебе понравилось это представление!

— Тебе так не терпится покинуть меня? — долетел от дверей голос Увин, и Бренор поднял взгляд и увидел ее печальное лицо.

Он зажмурился и уставился в пол, изо всех сил стараясь отделить свою клокочущую ярость от того чувства, которое он испытывал к этой доброй женщине, отделить боль из-за ложных посулов Морадина и прочих богов от реальных радостей ни в чем не повинных дворфов.

— Не тебя, — прошептал он и вновь взглянул на Увин, и теперь уже на его серые глаза навернулись слезы, Он тряхнул головой, бросил мешок, подбежал к женщине. И обнял ее. — Ты была для меня всем, и даже больше. — И долго держал в своих объятиях, пока не затихли ее всхлипывания.

— Мифрил Халл? — спросила она, успокоившись. — Что это тебе взбрело в голову?

Бренор попытался придумать, что бы такое сказать ей, — задача тем более сложная, что он и сам толков этого не понимал. Почему он высказал именно такое желание? Что ждет его там, кроме еще одного болезненного напоминания о глупой игре, в которую он и его народ играли всерьез, будто все это действительно имело значение?

— Я слышал об этом месте, — ответил он. — О герое по имени Тибблдорф Пуэнт и отряде «Веселые мясники» — лучших воинах среди всех дворфов.

— Тибблдорф Пуэнт?

— Древний воин, давно умерший. Телохранитель самого короля Бренора Боевого Топора.

Увин пожала плечами и взглянула на него, явно озадаченная.

— В Мифрил Халле воинов тренируют по-другому, — пояснил Бренор, придумывая на ходу. — Ты ведь гордилась мной, когда наш отряд вернулся с Ровинских гор?

— Ты же видел меня в зале, — ответила Увин. — Ты славно уважил своего отца!

— Ну вот, а теперь я хочу, чтобы было еще лучше, — пояснил Бренор. — Я стану тренироваться вместе с этими «мясниками», если они возьмут меня, а потом вернусь в Фелбарр и научу всех. Не переживай, пройдет совсем немного лет — и Реджинальд Круглый Щит еще займет место возле короля Эмеруса!

Это утешило ее, и на этот раз уже она заключила Бренора в счастливые объятия.

Бренор тоже обнял ее, шепча ободряющие слова. Ему тяжело было лгать Увин, но он рассудил, что еще тяжелее было бы причинить ей боль.

Он не намеревался когда-либо возвращаться в твердыню Фелбарр.

Во всяком случае, в качестве Реджинальда Круглого Щита.

Это он знал наверняка, хотя и не представлял, каким путем выберется отсюда.

Он уже готов был поднять оружие и сразиться с Рваным Данном, предвкушая, как повергнет ветерана на землю, и не сомневаясь, что сможет сделать это.