Он увидел острие рапиры, летящее ему в лицо.

— Его слишком долго нет. — Доннола свесилась через леер, напряженно вглядываясь в темную воду.

— Спокойно, девочка, — бросил Ловкие Пальцы. — Если потребуется, у твоего маленького дружка есть снадобья. Когда он нырял за ракушками, то оставался под водой и подольше.

Доннола в ответ лишь покачала головой. Она знала, что Ловкие Пальцы преувеличивает, Паук никогда не погружался так надолго, Доннола была в этом уверена.

— Быть может, ты воспользуешься магическим зрением и расскажешь, что там происходит? — спросил Периколо своего мага, явно нервничая не меньше внучки.

Ловкие Пальцы кивнул и принялся шарить по карманам плаща, извлекая один футляр с заклинанием за другим, пока не нашел подходящее. Он вытащил пергамент, прочистил горло и начал читать. Несколькими мгновениями позже рядом с ним возник глаз, огромный, выпуклый, со зрачком величиной с голову хафлинга, плавающий в воздухе, будто в воде.

Ловкие Пальцы сотворил над глазом заклинание, заставив его светиться, и затем отправил в море, вниз, вдоль якорного каната. Вскоре магический предмет достиг дна.

— Вижу его страховочную веревку, — объявил маг, поскольку лишь ему было доступно зрение магического глаза. — Паук на дне, в той стороне. Он указал на северо-восток, в направлении берега, хотя холмов Агларонда даже не было видно на горизонте. Одновременно с этим магический глаз устремился вдоль страховочной веревки.

Маг видел, что веревка не натянута, но не стал сразу говорить об этом.

— Он отстегнул страховку, — сообщил наконец Ловки Пальцы, и Доннола и Периколо охнули, и еще несколько их спутников зловеще зашептались. — Карниз... глубина возрастает.

— Значит, следуй за веревкой! — скомандовал Периколо, но Ловкие Пальцы уже делал именно это.

— «Бриллиант Тепурла»! — выдохнул маг. — И внутри него свет Паука!

Реджис отшатнулся, замахал руками в облаке пузырей, тщетно пытаясь отпихнуть рапиру. Он ощутил укол и непроизвольно вскрикнул, резко шарахнувшись назад. Он врезался в груду ящиков, развалившихся от удара, и, перекувырнувшись, ввалился в какое-то узкое помещение.

Он едва мог пошевелиться, и отступать было больше некуда, и ни единого шанса ускользнуть в сторону.

А двойник наступал, методично, без эмоций, выставив перед собой разящую рапиру.

Страх накрыл Реджиса черным крылом, окутывая, парализуя. Он не попадет в Долину Ледяного Ветра! Все его тренировки пойдут прахом.

Он никогда больше не увидит Доннолу.

Полустоя, полусидя, он ухитрился высвободить свою рапиру и неуклюже вскинул ее, защищаясь. Но его противник, зеркальное отражение его самого, был столь же искусен и брал верх. Едва Реджис выставил перед собой клинок, рапира двойника оказалась рядом, обвела его оружие, образовав небольшой водоворот, и сильно уколола его в руку. Легкое движение кисти, щелчок— и рапира вылетела из руки Реджиса.

Реджис попытался попятиться, взбивая воду и поднимая со дна обломки дерева и содержимое разбитых ящиков. Он даже, не замечал всех этих сокровищ! Драгоценные камни и украшения скатывались с громоздившихся груд монет. Серебряные блюда и золотые ку6ки подпрыгивали и отлетали прочь.

Реджис запустил руку за спину, пытаясь нащупать выход, но отступать было некуда. Его пальцы сомкнулись на ребристой крышке ящика, и когда рапира противника устремилась вперед, он снова вскрикнул и, инстинктивно заслоняясь, выставил перед сотой руку с крышкой.

Импровизированный щит отразил атаку двойника, острие рапиры прошло насквозь и впилось Реджису в палец. Хафлинг выпустил обломок дерева, но тот никуда не делся, насаженный на клинок противника.