|
.. Двери банка открылись. Возвращался второй инкассатор. Маленькая холщовая сумка заметно увеличилась в размерах. — Все, пошли! — Крот первым выскочил из машины, точно выпущенной очередью перебивая стоявшему на стреме инкассатору ноги. — Время идет, мать вашу... Четко помня свою задачу, Чалый положил сжимающие пистолет руки на крышу автомобиля, расстреливая лобовое стекло микроавтобуса со стороны водителя. Тонировка лопнула, превратившись в дождь мелких осколков, внутри корчился изрешеченный человек. Бронежилет ему не помог, пули вошли в шею и подбородок. Тем временем Серый с Димычем расправлялись с оставшимися инкассаторами. Того, что ранил Крот, Серый добил очередью из автомата в упор. Второй попытался было отстреливаться, но его уложил Чалый, всадив тому пулю точно в горло. На все про все ушло меньше полуминуты. Крот уже был в микроавтобусе. — Грузите сумки! — Мать твою! — крикнул Серый, рассматривая что-то в темноте у обочины дороги. — Что там? — спросил Димыч, следя за дверьми банка. — Девка! Раненая! Похоже, ее рикошетом задело! — Живая? — Кажется, стонет! — Из микроавтобуса выбрался нагруженный деньгами Крот: — Чалый, добей! — Но... — Серый растерянно повернулся к вожаку. — Ее ведь... случайно... шальной пулей... — Она могла рассмотреть наши лица! — бескомпромиссно отрезал Крот. Чалый подошел к корчившейся на асфальте девушке. На вид ей было лет восемнадцать. «Наверное, студентка», — безразлично подумал он, после чего выстрелил ей в затылок. Девушка дернулась. Ее голова ударилась об асфальт. К водостоку побежала вязкая кровь, казавшаяся в темноте черной. — Все, уходим! — Крот уже сидел на месте водителя. — Полторы минуты! Подельники поспешно погрузились в «Жигули». Машина с визгом рванула с места. Несколько мгновений — и она окончательно исчезла в стылой ноябрьской мороси, оставив за собой остывающие на мокром тротуаре трупы. Тринадцатый резко вышел из транса. Воспоминание походило на старую, внезапно открывшуюся рану. С того момента прошло очень много времени. Он изменился. Теперь он не был человеком. Но вся ирония заключалась в том, что он уже тогда был монстром. Монстром, выглядевшим как человек. Значит, на самом деле ничего не переменилось. Просто Зона обнажила его настоящую, прячущуюся внутри страшную сущность. Кесарю кесарево, кажется, так. Контролер не хотел больше вспоминать. С него было достаточно и этого короткого приступа ностальгии. В прошлое нет возврата. Содеянного не воротишь. Если бы он когда-нибудь рискнул добраться до легендарного Монолита, то, наверное, попросил бы его вернуть себя назад. Вернуть в тот день, когда еще можно было что-то исправить. Сколько бы жизней он спас? И избежал бы в этом случае страшной судьбы, беспощадно забросившей его в это чудовищное место? Но даже с его новым телом и способностями он бы не смог дойти до ЧАЭС... А потом Тринадцатый услышал стрекот приближающегося вертолета и понял, что пришло время возвращаться в то место, откуда он только что бежал. |
