— Так вот почему негодник исчез. — Моран провел рукой по подбородку. Его борода заскрежетала под пальцами. — Без потери для общества, должен я сказать. — Но … — Он снова встретился с ней взглядом, его глаза сузились. — Ты действительно ожидаешь, что я поверю, что кто-то вроде тебя — шикарная малышка — убила кого-то вроде Гейба? Я не уверен, что куплюсь на это. Парень был сволочью, но он мог драться.

— Я тоже могу драться, — сказала Элли.

Это не было хвастовством.

Ее две минуты, должно быть, уже закончились, но ни одного из них это не заботило. Новости о Гейбе явно потрясли его.

Чего бы он ни ожидал от нее, когда она подошла, но только не этого.

— Что он с тобой сделал? — Он указал на ее повязку.

— Нанес удар ножом.

Он не выглядел удивленным.

— Было что-то не так с этим парнем, — пробормотал он в основном для себя. — Что-то в корне неправильное.

Элли не могла с этим спорить.

— Как ты его убила? — Его взгляд был пронзительным.

Элли с трудом сглотнула, ее горло внезапно пересохло. Она не говорила это вслух еще никому.

— Я столкнула его с крыши.

Его брови взметнулись.

Но все, что он сказал, было: — Оригинально.

Крупный человек из кухни торопился к ним, неся тарелку, накрытую полотенцем.

— Прежде, чем ты уйдешь, приятель.

Он поставил тарелку, нагруженную пирогом и пюре перед Мораном и посмотрел на Элли.

— Что я могу сделать для тебя, душечка?

Она не хотела просить что — либо, но нервы высушили ее горло.

— Могу ли я сейчас просто получить стакан воды, пожалуйста?

— Конечно, ты можешь, душка.

Они оба подождали, пока он ушел. Когда он был вне пределов слышимости, Моран откусил немного картофеля, наблюдая за ней, пока задумчиво жевал.

— Так что ты просишь, крутая девчонка? И что ты можешь предложить?

— Пожалуйста, называйте меня Элли, — сказала она. — Я хотела бы предложить вам свободу.

Он поперхнулся. Откашлявшись, он схватил кружку и сделал глоток чая.

Он вытер рот салфеткой, изучая с ее изумлением.

— Моя свобода? Последний раз, когда я проверял, я был уже свободен.

Крупный человек возвратился со стаканом воды в руке. Элли не отвечала, пока он не поставил его и не ушел снова. Потом она наклонилась к Морану.

— Я считаю, Натаниэль имеет контроль над вами через ваши финансы. Я знаю, что вам пришлось нелегко после того, как вы возвратились с войны. Я знаю, что вы сражались и попали в беду. Я знаю, что вы хотите сделать все лучшее для вашей маленькой девочки. И я подозреваю, что вы думаете, лучшее, что вы можете сделать, это взять деньги Натаниэля и отдать ей. Я полагаю, вы думаете, эта работа ваш единственный вариант после всего, что вы пережили. И что Натаниэль единственный человек, который наймет вас.

Вилка Морана повисла в воздухе, на полпути между тарелкой и ртом. Он прекратил есть. Прекратил всё. Она не видела, что бы он дышал.

Она продолжила более уверенно.

— Я хочу, чтобы вы знали, что вы не правы. Есть и другие люди, которые наняли бы вас, очень хорошо заплатили бы, и делали бы все, что они смогли, чтобы вам помочь. Мои люди сделали бы это. Они могут и они сделают. Они не заставят вас пойти на компромисс с вашими принципами, или предать человечество, или что — либо еще, что вы должны делать, чтобы вставать каждый день, и идти работать на Натаниэля Сент — Джона. Который хочет разрушить мир.

Его выражение было слишком сложным для понимания, но она была уверена, что завладела им.