Она, точно, не чувствовала себя виновной. В какой-то мере, она могла оправдать все свои действия — самооборона, защита Зои, но это не делало Гейба менее мертвым.

Я убила человека. Несмотря на то, что произошло, этот факт невозможно было понять. Как она будет чувствовать себя через год? А через десять?

Тогда она, наверно, не поверит сама себе.

Ее шея не сгибалась из-за пореза и повязки. Она не могла повернуть голову без обжигающей боли. Что-бы там не вколола ей медсестра, болело от этого меньше, но в то же время она чувствовала себя рассеянной. Картина перед глазами начала размываться.

Изабелла продолжала говорить, объясняя, чем заняты учителя. Охранники. Но Элли было трудно сосредоточиться. Ее взгляд блуждал, изучая преподавателей, их лица были обеспокоены, и охранников. Она хотела что-то спросить, но никак не могла сформулировать вопрос.

Вдруг она почувствовала тепло и большую усталость. Ее веки стали слипаться.

Что медсестра дала мне?

— Я не могу… — Она пыталась объяснить, что происходит, но слова были невнятными.

— Тебе нужно отдохнуть. — Сквозь дымку усталости, Элли видела, как Изабелла махнула двум охранникам. Одна была женщина, блондинка с косой, которая спускалась по спине, как веревка. Элли подумала, что откуда-то знает ее.

— Отведите ее наверх, — скомандовала директриса. — Медсестра вколола ей успокоительное, и я думаю, что ей не надо гулять тут. Я пойду с вами, чтоб умыть ее.

Успокоительное?

— Вставай. Мужчина — охранник подложил руку ей под плечи и мягко поднял на ноги. Но ее коленки были странно неустойчивы; мягкие, как заварной крем.

Она медленно опустилась на пол.

— Вот те раз. — Он подхватил ее одним плавным движением — одной рукой под коленки, а другой под спину.

Она посмотрела на него мутным взглядом. Как и женщина, он выглядел знакомо. Светлые волосы и добрые глаза. Но ее мозг не работал. Каждая мысль давалась с трудом.

Было проще закрыть глаза.

— Пора идти спать..- сказал он, направляясь к двери. И его слова плыли над ее головой, как птицы.

Элли проснулась в своей кровати. Арочные окна были закрыты на затвор, но яркий дневной свет проникал через узкие щели.

Ей нужно было знать который сейчас час, сколько времени осталось Картеру, но когда она повернула голову, чтобы посмотреть на часы, рана на ее шее ужалила огнем, Элли застонала и повернула голову обратно.

Все случившееся нахлынуло на нее. Зои. Гейб.

Похоже на то, как проснуться после кошмара.

С большим усилием ей удалось сесть и повернуть свое тело, держа шею прямо.

Озадаченная, она посмотрела на свою одежду. Она была в пижаме — крови на руках не было. Кто-то — Изабелла догадалась она, — умыл ее и переодел, об этом было неприятно думать.

Но она ничего не помнила.

Что бы там ни дала ей медсестра, это ее просто вырубило.

Каждое движение причиняло боль, но она медленно встала. Дыхание вырвалось сквозь зубы.

Элли двигалась медленно, собирая принадлежности для душа, а затем вышла в коридор. В пустой ванной комнате она аккуратно приняла душ, стараясь не намочить повязку, оставив ее целой и невредимой.

После этого почистила зубы, изучая свое отражение в зеркале. Ее серые глаза оценивали трезво. Помимо повязки на шее, прошлая ночь не оставила никаких следов.

Незнакомый человек никогда бы не догадался, что она убила человека.

Быстренько одевшись, она устремилась вниз. Школа выглядела так же — элегантные высокие потолки и полированное дерево, мраморные статуи и хрустальные люстры. Все было так, как и должно быть.

Но с каждым шагом Элли понимала, что она изменилась.