|
Против ожидания, за всю дорогу никто так и не напрыгнул на меня сзади и не обрушился с потолка, как это обычно делали монстры в упомянутых выше триллерах, и до места назначения я добрался без происшествий. Встал сбоку от двери и осторожно толкнул створку левой рукой, вытянув шею, – понятное дело, ничего хорошего из этого не вышло. Дверь-то исправно утонула в переборке, а вот заглянуть в открывшийся проем не получилось – помешал шлем. Пришлось смещаться всем телом, подставляясь под возможный выстрел. Так и не дождавшись такового, я чуть прищурился – в отсеке царила, хм, интимная полутьма – и наконец различил силуэт пропавшего суперкарго.
– Эмиль?.. Ответом мне стала звенящая тишина, нарушаемая стуком крови в ушах. – Эмиль, ты что здесь делаешь? Черт, не видно ничего толком. Где-то у меня фонарик был… ага, вот он. Матовая нашлепка на левом наплечнике испустила довольно широкий сноп света – в пятно пропавший суперкарго уместился почти целиком, избавив меня от необходимости шарить лучом по отдельным частям тела, но легче от этого не стало. На скафандре никаких механических повреждений не наблюдалось, а забрало бликовало, мешая разглядеть лицо. Хочешь не хочешь, а придется подобраться ближе. На всякий случай взяв найденыша на мушку, я осторожно шагнул в дверной проем… и вздрогнул от неожиданности, когда включилось штатное освещение – как ни странно, датчики все еще работали. Правда, непонятно, почему они на Эмильена не реагировали. Мысленно от души выматерившись, я отключил фонарик и, стараясь не стучать зубами, двинулся вправо-вперед, обходя суперкарго. Тело вспомнило освоенные когда-то давно навыки, и, несмотря на нешуточную встряску, цель я контролировал уверенно – ствол «дефендера» смотрел строго в лоб Эмиля. Тот, впрочем, остался к моему демаршу безучастен – стоял неестественно прямо и совершенно неподвижно. Уж не поэтому ли на него освещение не срабатывало? Очень может быть. Да что с ним такое, в конце концов?! Приблизившись к суперкарго буквально на расстояние вытянутой руки, я предпринял еще одну попытку наладить контакт: – Эмильен, ты меня слышишь? Кивни. Не сработало – он даже на звук голоса не дернулся, то есть отсутствовала неконтролируемая реакция. Спит, что ли? Так и не решившись к нему притронуться, я приставным шагом сместился в сторону, оказавшись с Эмилем лицом к лицу. – Мать твою!.. Одного взгляда на физиономию суперкарго хватило, чтобы прийти к неутешительному выводу – мы его потеряли. Существо, до недавнего времени бывшее Эмильеном, тупо пялилось совершенно пустыми глазами куда-то вверх, из уголков рта тянулись две ниточки слюны. Сквозь забрало недошлема на меня смотрел овощ – не такой, каковым я сам себя мнил до относительно недавнего времени, а самый натуральный – пустая оболочка человека. В числе не особенно-то и нужных будущим дипломатам дисциплин нам в академии давали и краткий курс судебной медицины – понятно, самые верхушки, но еще с тех времен я запомнил в точности такой же взгляд несчастного, подвергнутого экспресс-допросу с применением спецсредств в виде мнемосканера. Попросту говоря, тому образцу – назвать его человеком язык не поворачивался – выжгли мозг. Из объяснений старика-профессора я тогда понял, что к такому результату может привести только запредельная нагрузка на разум – в этом случае тело будет функционировать, но разрушится психоинформационная матрица. В отличие от простого удара током, который вызовет физическую смерть. И первые отчаянные геймеры-первопроходцы виртуальности тому пример. Как ни бились производители компьютерного железа, а создать стопроцентно безопасную технологию погружения в искусственные реальности не смогли. |
