Катер между тем уже вошел в верхние слои атмосферы, что, впрочем, никак не отразилось на моем самочувствии – хитрая машинерия противоперегрузочного кокона компенсировала практически все неприятные воздействия окружающей среды. А заметил я это, лишь подключившись к обзорным камерам – и такая возможность в тактическом вычислителе была предусмотрена. Я натурально умилился – еще бы линзы-мониторы, и практически один в один «большой брат»! – и прекратил возиться с настройками. От добра добра не ищут, как говорится. Все более-менее сносно: в верхнем правом углу забрала карта, в левом – основные показатели типа температуры воздуха, пульса, датчика химсостава атмосферы – хорошая штуковина, между прочим. Запрограммировал на определенный состав и в ус не дуешь – как только повышается концентрация какого-то компонента или появляется новый, начинает мигать зловещая пиктограмма – сжимающие горло руки и лицо с выпученными глазами. Программисты такие программисты, япону маму! Ну и прочие мелочи вроде автоматического дальномера или встроенного цифрового зума – забрало еще и биноклем служило при случае, реагируя опять же на напряжение глазных мышц посредством датчиков на висках. К слову об эргономике – цеплять что-то отдельно не пришлось, все необходимые чувствительные элементы были встроены в уплотнения шлема, который сидел как влитой, автоматически подстраиваясь под владельца и запоминая форму головы.

Впрочем, хватит о плюшках. Тем более лететь недолго осталось – катер совершенно незаметно проник в плотные слои атмосферы и летел над равниной, кое-где разбавленной небольшими лесными массивчиками, на тысяче метров, уверенно пожирая километр за километром. Пейзаж, надо сказать, не поражал – зелень во все стороны, на сколько хватало взгляда, да редкие ниточки рек, казавшихся с высоты ручьями. Курс наш лежал почти строго с востока на запад, поэтому колоссальный даже с такой верхотуры овраг мы благополучно проскочили. Я на него даже особого внимания не обратил, но тут катер, перемахнув еще и довольно широкую реку, пошел на вираж, круто забирая к северу, а затем, совершив почти полный разворот, понесся на юг. Опять же вдоль оврага, но не столь впечатляющего – оплывшего и заросшего лесом. Потом под днищем летательного аппарата мелькнула скальная гряда – очень странная, этаким неровным зубом торчащая посреди равнины, – и мы вернулись к старому знакомому. Приглядевшись, я понял, что прямо под нами далеко к югу тянется пересохшее русло – видимо, как раз той самой речки, что текла чуть западнее.

Занятное место, если вдуматься. И скалы занятные, и заросли на дне. И вообще, все это странно. Я не великий знаток географии, геологии и прочих наук с приставкой «гео», но, зная некоторые методы Первых, довольно легко мог представить, как это все возникло. Взбрела кому-то в голову блажь отстроить в укромном месте базу – и пожалуйста. Запрудили реку, вырастив скалу, вырыли новое русло, и вуаля! С их-то возможностями! Зато получили неплохую строительную площадку со своеобразным микроклиматом. Я еще на Единичке, предыдущем пункте нашего суетливого путешествия, заметил, что постройки Первых жмутся ближе к воде, – видимо, влажность повышенная нужна для чего-то.