|
Спустя три минуты они покинули дворец через боковой выход, сели в ожидавшую их черную «Ауди» и помчались в аэропорт Пулково. А еще через два часа Андрей был уже в Москве. Генерал Свиридов держал во рту незажженную сигарету в длинном костяном мундштуке. «Он всегда много курил, – вспомнил Андрей, – а в прошлую нашу встречу я даже не почувствовал запаха табака в квартире». – Я бросил, Андрей Львович, – вместо приветствия сказал генерал, проследив за его удивленным взглядом. – Проходи, не стесняйся. Не чужие вроде люди. – Я не один, – предупредил Гумилев. Ким стоял за его спиной, безмолвный и невозмутимый, как самурай. Свиридов слегка усмехнулся. – А я его хорошо помню. Он еще моих парней к тебе в дом пускать не хотел. Ладно, заходите оба. Он повернулся и пошел в глубь квартиры, слегка шаркая длинными ногами. Гумилев, мстительно не став снимать туфли (подошвы, правда, были совершенно чистыми), последовал за ним. Ким чуть приотстал, завозившись с запорами на стальной двери. На этот раз Свиридов принимал гостей в кабинете, узком, похожем на пенал помещении, окно которого смотрело на стену соседнего дома. В отличие от гостиной, здесь было совсем неуютно, мебель была старая и тяжелая, производившая впечатление казенной. – Ну, рассказывай, с чем пожаловал. – Генерал тяжело опустился в высокое кресло, указав гостю на узкий диван. – Давно я тебя жду. – Как это понимать, Илья Ильич? – напрягся Гумилев. Ему нечасто приходилось играть в конспиративные игры, которые были хорошо знакомы Свиридову, и он нервничал. – Да так и понимать, как есть. – Свиридов пожал костлявыми плечами. – Доходили до меня слухи, что ты пытался договориться о чем-то с Петром Николаевичем и Алексеем Борисовичем, да только они с тобой разговаривать не стали. Правда ли это? – Допустим, правда. – Андрей разозлился. Мало того что хозяева высоких кабинетов отшили его, как надоедливого просителя, они еще выставили его на посмешище! Теперь неизбежно пойдут разговоры, что могущественный миллиардер Гумилев ищет поддержки у руководителей спецслужб, а те ему отказывают. Черт с ней, с репутацией – после скандала с исчезновением Евы он уже привык без особых эмоций переносить нападки желтой прессы, – но рано или поздно эти разговоры дойдут до Катарины, и тогда… Он решил пойти ва-банк, как часто делал в сложных ситуациях. – Я даже знаю, почему они так поступили. Это из-за вас. Силовики считают, что я вас подставил, что из-за меня вас отправили в отставку. Генерал не торопясь перекатил мундштук из одного угла рта в другой. – А это не так, Андрей Львович? Андрей был готов к этому вопросу. – Не так, Илья Ильич. Я не напрашивался в эту экспедицию. Я готов был просто ее финансировать. Но вам зачем-то очень надо было, чтобы я отправился на полюс лично. И это вы подвели ко мне своего агента, Марго. Вы придумали эту игру, генерал. И то, что вы проиграли, не моя вина. Свиридов побарабанил пальцами по массивному подлокотнику кресла. – Кое в чем ты прав. Но моим коллегам этого, к сожалению, не объяснишь. Для них ты, и только ты – виновник гибели экспедиции. Гумилев оторопел. – При чем тут экспедиция? Допустим, я могу понять, почему меня обвиняют в вашем карьерном падении. Но как я мог погубить свое собственное детище, «Землю-2»? Генерал ответил не сразу. – Ты, наверное, знаешь, что, вернувшись на судно, Чилингаров сразу вызвал на «Россию» Аркадия Ремизова, крупнейшего специалиста по искусственному интеллекту. – Да, я в курсе. – Ремизов пришел к выводу, что причиной гибели «Земли-2» была не атака вражеской субмарины, а сбой в работе «Фрама». |
