Жора с Захаром подобными комплексами не страдали, поэтому с присутствующими в помещении дамами вели себя «как положено» — вовсю изображали вышедших на охоту самцов. Правда, безрезультатно — за тридцать с лишним минут так никого и не охмурили.

Я уже было задумал немного помочь им, организовав на танцполе очередной мастер-класс, но быстро опомнился. Конечно, если продемонстрировать на дискотеке ещё не виданный здесь шаффл-данс, то сто пудов, всё будет как месяц назад, когда мы с Жанной собрали вокруг себя целую толпу подражателей и поклонников. Бо́льшая часть восхищенных зрительниц, понятное дело, нацелится на меня, но и мои приятели в накладе никак не останутся — часть славы, а месте с ней и женского внимания, падёт и на них.

Однако — и это, увы, самое неприятное — о конспирации в этом случае придётся забыть. Рупь за сто, и милиция, и чекисты уже осведомлены о моих танцевальных подвигах месячной давности, поэтому любой доморощенный Шерлок Холмс, получив нужную информацию, сделает правильный вывод — клиента надо искать где-то поблизости…

Словом, пусть и по разным причинам, но танцы «без продолжения» нам быстро наскучили.

— Пошли, что ли, в бильярдную? — предложил в итоге Захар.

Я мысленно усмехнулся. Бильярд — это действительно знак, но понять его смогут только конторские, а не милиция. И сведения о нём, если они конечно дойдут до нужных ушей, будут получены не раньше, чем через неделю-другую, когда я и сам, возможно, начну аккуратно выходить на контакт с «товарищами офицерами». Осторожность, как говорил какой-то то ли военачальник, то ли политик — это лучшая часть доблести. Поэтому пусть лучше они меня ищут, а не я — их…

Бильярдная, как и на Физтехе, располагалась в подвале. Четыре поляны, изрядно поюзанные, четыре киевницы, два десятка разнокалиберных киев, маркёра нет, игроки организуются самостоятельно. Все столы, увы, были заняты, за каждым кто-то играл.

Немного подумав, мы двинулись к дальнему, потому что, во-первых, его оккупировали знакомые нам практиканты Матвей и Сашка, а во-вторых, рядом, на небольшом диванчике за них болели две девушки, чёрненькая и беленькая, обе достаточно симпатичные. Как их зовут, выяснилось чуть позже. Полненькая брюнетка, подружка Матвея, носила красивое имя Аурелия. Блондинку, знакомую Сашки, звали «попроще» — Светлана.

Мы уселись на соседний диван, Захар начал подмигивать дамам, Жора «занялся» парнями:

— Аллё, мужики! Вы ещё долго?

— Мы только начали, — отозвался Матвей.

— Да? А в буфете сейчас коньяк наливают.

— Хотите нас угостить?

— Да не вопрос. Сыграем в америку, проигравший угощает победителей. Согласны?

— Запросто. Только вас трое. Который платить будет?

— А мы трое на двое. Три игры. Кто больше шаров положит, тот и выиграл.

— Согласны. Только платить будете за четверых, с нами дамы, — кивнул Сашка на девушек.

Жора довольно оскалился:

— Мы ещё поглядим, кто платить будет…

Две первые партии наша команда продула. Мои приятели зря хорохорились. Их оппоненты играли лучше, хотя, например, до Ходырева или «Седого» им всем было как до Луны пешком. Но, так или иначе, Захар проиграл Сашке со счетом 3:8, а Жора Матвею — 5:8. Мне предстояло отыграть восемь шаров. Парни, судя по их мрачным физиономиям, на это уже не надеялись. Зато соперники наоборот — предвкушали свою победу и, ничуть не стесняясь, прикидывали, сколько они сегодня сэкономили на коньяке для себя и вине для дам… Рано радовались, однако…

Разбой пирамиды будущие победители «великодушно» предоставили мне.