— Да. — чуть помедлила кикимора. — Я сейчас параллельно и с ним беседую. Он согласен.

На что Илья только хмыкнул.

Несколько секунд помедлил. После чего произнес:

— Я согласен. Открывай свой призматический тоннель.

— Тебе нужно надеть перстень отражения Сата. То, что я открою, можно будет увидеть только там — за Завесой. Это конструкт исключительно для Серого мира.

Мужчина с минуту внимательно поглядел на собеседницу, пытаясь понять — в чем подвох и рассмотреть хоть что-то в Сером мире взором дэва. Наконец, ему это надоело. Он взял с Марийки необходимые клятвы. И надел перстень.

Мгновение.

Мир вокруг потерял краски и стал расплывчатым.

И кикимора предстала в ее истинном обличье. Немного жутковатом, но удивительно красивом.

— Спасибо, — ответила она. — Здесь нет слов или мыслей. Все слова — мысли, а все мысли — слова. Ты подумал, я услышала. Хочешь молчать — не думай.

Илья улыбнулся и невольно взмахнул своими кожистыми крыльями. Повернулся. Посмотрел на них. Сначала в сложенном состоянии, потом в разложенном. Тяжело вздохнул. И произнес:

— Не будем медлить. Мне жутко некомфортно осознавать себя в таком виде.

— Это ты и есть. — улыбнулась Марийка. — Там, в материальном мире, после пятидесятого чаран, сможешь принимать свой истинный облик. В нем, кстати, в мире Мора, не будешь чувствоваться магического удушья. Да и негативное влияние разного рода стихийных явлений, вроде пыльцы красного мира, прекратится.

— Так вот почему Владыки красного мира ходят в этих крылатых формах?

— Разумеется.

— А я-то думал… Мда… Но все равно, я пока не готов это принять.

— Как будто у тебя есть выбор… — фыркнула кикимора. — Ладно. К делу. — произнесла она, и перед Ильей открылся словно бы прокол в пространстве. Этакая призма восьмигранная, заполненная каким-то прозрачным субстратом, в котором, как на экране он увидел весьма… специфическое действо. Какая-то изящная женщина эльфийской наружности с мерцающим ошейником употреблялась для утех каким-то мужчиной. Оральных.

Илья хмыкнул.

Переключился в зрение дэва. Кинул к этому ошейнику столько кровавых нитей, сколько смог. И начал откачивать силы.

Секунда.

Вторая.

Приметил, что Марийка исчезла. Видимо, отправилась туда.

Секунде на десятой ее глазки сверкнули очень опасным зеленым огнем.

Мгновение.

Рабский ошейник щелкнул, раскрываясь. И этой особе в лицо ударила кровь. В морду. Потому что она уже успела трансформироваться частично, откусив этому деятелю хозяйство под корень.

Дальше смотреть было нечего.

Фокус призматического тоннеля был наведен на одну конкретную точку, а там началось какая-то подвижная свистопляска. Звуков же Илья не слышал.

Снял перстень.

— Кто это была? И куда ты пропадал? — напряженно спросил немного перепутанный отец Нефтис.

— Кикимора. Вольная нежить, которая вырастает из баньши. И я не пропадал. Просто смещался в Серый мир на время. Помочь надо было друзьям.

— Серый мир? — усмехнулась супруга главы клана Рату Бала и очень выразительно посмотрела на мужа. Тот лишь вздохнул и понуро кивнул. Впрочем, Илье разбираться в их спорах не хотелось.

Вошла Нефтис.

— А где эта?

— Марийка?

— Да. Облапала тебя и убежала?

— Она по делам приходила.

— Так она к нам не на всегда? — выдохнула эта молодая женщина.

— Нет, милочка. — ответила проявившаяся вновь кикимора, протягивая Илье небольшую странную штуку.

— Что это?

— Амулет вызова. При необходимости поторговать — зажми между двумя пальцами.