Первые двенадцать тысяч тонн говядины они умяли часа за два. Двести пятьдесят гулей, двенадцать умертвий и дюжина зомби тех баса. Трудно было, но они справились.

Разделись все, чтобы не пачкаться.

Ну, кому требовалось.

И пошли «рожь пахать, молотить ячмень», как пелось в песне Игоря Растеряева. Во всяком случае именно комбайнами по переработке мяса они в глазах персонала и выглядели, с которых не брали никаких расписок о неразглашении. Просто сообщили — если кто проболтается, все причастные будут съедены. И судя по выражению лиц и взглядам — этого хватило более чем.

Что любопытно красивые женщина, разгуливающие голышом, не имели никакого эффекта. На них смотрели с ужасом, граничащим с паникой. А те же баса — нормально воспринимались. Видимо потому, что они выглядели как нечто демоническое и подобных выходок от них-то как раз и ждали.

В ход пошел второй рефрижератор с мясом.

Тоже с говядиной.

И их ожидало еще несколько. Плюс на севере что-то мутили с рыбой. В общем — раздолье.

Илье на фоне происходящего даже пришли в голову мысли о том, чтобы создать себе еще десяток дублей «Зова Спящих» и на нем поднять скелетов. Чтобы иметь и их. Прокачав немного на мясе.

Но нет, не вышло.

Он специально поднял одного скелета, нащупав магией недалеко у пирса труп какого-то утопленника. И оказалось, что скелеты, в отличие от линии зомби, не развивались через пожирание мяса. Им требовалось либо вливание чистой энергии напрямую, либо опыт использования.

— Точно! — невольно воскликнул он.

— Что? — удивились, находящиеся при нем генералы.

— Минутку. Это нужно проверить.

С этими словами он вывел этого скелета из воды, прямо под выпученные взгляды местных людей. Все-таки зомби и их производные они воспринимали как-то полегче. И начал копать ямку. Сначала руками. Потом ему кто-то притащил лопату, из-за чего дело пошло бодрее.

Минут через пятнадцать Илья довольно крякнул. И повернувшись с сопровождающим, произнес:

— Я-то думал, что скелетами надо воевать, чтобы они развивались. Оказалось, что можно просто делать какую-то работу. Любую. Ну или заливать их чистой энергией.

— И что это значит?

— Работа у вас есть какая-нибудь для скелетов? До конца следующих суток. Вагоны там разгружать, траншеи копать или еще что-то. Но поблизости. Пока нежить сильно далеко от меня не может отходить. Хм. Может вам тут, в городе, нужно что-нибудь «отрихтовать»? Холм там срыть или еще чего?

— Даже не знаю… — почесал затылок один.

Другие нахмурились.

А достаточно молодой капитан жестом подманил представителя местной администрации.

— Что-то случилось? — обеспокоился он, заметив такую суету.

Ему объяснили.

— Да я даже как-то не знаю. — растерялся чиновник.

— Просто время поджимает. Быстрее нужно принимать решение. Понятно, на скелетах денег не откатишь, чай не мигранты, но работы сделают много, быстро и совершенно бесплатно.

— Так он один, — растерялся чиновник все еще дико косясь на эту форму нежити. — Откуда скелеты-то?

— Это он пока один. Ну?

— Так дно в порту, наверное, нужно углубить.

— Ясно. Сделаем. Нужны лопаты и носилки.

— А тела? — поинтересовался один из генералов.

— Вы знаете, сколько у вас трупов ТАМ лежит? — оскалился Илья, показывая рукой на акваторию. — Думаю, на первое время хватит.

Минут через пять скелет ушел в воду с лопатой.

Дальше происходило странное.

Время от времени из воды выходили скелеты — когда по одиночке, когда небольшой группой.