НИНА. Аоки-сан. Я тоже участвовала в самодеятельности, в студенческом театре пантомимы. У меня был номер «Танец змеи». Я его вспомнила и приготовила для показа. Я танцевала с партнером. Он представлял укротителя, а я была змеей… Партнера у меня в данный момент нет…

АЛЬБЕРТ. Он спрашивает, где партнер? Где ваш партнер? (НИНЕ). Партнер умер от яда?

НИНА. Партнер мой жив! Это я каждый день умираю из-за его беспомощности… нежелания что-то делать! Мой муж в нашем студенческом спектакле исполнял роль заклинателя змей. Он играл на дудочке-сопелке и этим меня завораживал. (Взволнована). Мне необходим партнер. Мне необходим партнер, Альберт! Могу я попросить вас постоять неподвижно. Единственное неудобство — надо на меня неотрывно смотреть!

АЛЬБЕРТ. Смотреть на вас неотрывно я не смогу.

ВОЛКОВА (возбуждена). Нинель, Тамарка тебе подыграет на баяне! Она тебя так заворожит. что твоя змея забудет, зачем приползла!

ТАМАРА (с аккордеоном, НИНЕ). Что играл твой укротитель?

НИНА. Тему из «Серенады солнечной долины».

ТАМАРА. Напой…

НИНА. Я надеюсь на ваше воображение… (Исполняет пантомиму).

КАТЯ. Аут полный!

ЛИЗА. Стынут ноги!

АЛЬБЕРТ (выслушав комментарии японца). Японец говорит, что он уважает русский балет, поэтому ему это кошмарное зрелище понравилось.

ВОЛКОВА. И мне нравится! Я вообще очарована Нинелью! Прямо не женщина — а статуэтка! Нинель, они мимо тебя не пройдут — вот увидишь!

НИНА (взволнована). Тут нужен мужчина! Мужчина, который может взглядом заворожить женщину!

АЛЬБЕРТ. Переводить?

ТАМАРА. Не надо!

ЛИЗА. Что ни слово — то в аут!

ВОЛКОВА. А я согласна с Нинель: кем бы мы были без мужчины?! Правильно, самурайчик? Девчонки, а он ничего, Тецудзин наш! Маленький только, шибздик…

ОЛЬГА. Аоки-сан, я жду, когда вы и на меня внимание обратите.

АЛЬБЕРТ. Он обратил.

Он видит, что вы очень красивая женщина.

ВОЛКОВА. Для него мы все красавицы. Ты бы нас всех пропустил в Сингапур, Аоки, правда?

АЛЬБЕРТ. Ему придется посоветоваться с товарищами…

ВОЛКОВА. Спасибо.

ОЛЬГА. Муж был моим партнером по номеру. Но он же теперь… тут самый богатый в городе… Пухов со мной практически не живет… Он мне фактически уже не муж: от него осталась только отметка в паспорте. У меня от него дочь трех с половиной лет.

АЛЬБЕРТ. Зачем вы все это ему рассказываете? Кому это интересно?

ОЛЬГА. Пухов не живет со мной. Он сказал: если я подам на развод — с него алименты такие возьмут, что ему проще киллера для меня нанять…

АЛЬБЕРТ. Все понятно. Если хотите, показывайте что-нибудь.

ОЛЬГА. Да это пустяки! Если бы у меня был под руками Пухов, я могла бы на ваших глазах перепилить его пополам. (Японцу). Я могла бы на ваших глазах перепилить мужчину.

Аоки! Альберт, скажи ему: я могу у них там пилить мужчину!

АЛЬБЕРТ. Аоки-сан спрашивает: зачем расчленять мужчину? Женщина может доставить мужчине много удовольствия. Зачем пилить? — такой поступил у него вопрос. Зачем пилить?

ВОЛКОВА. Аоки! У нас на Руси жена мужа пилит — такая традиция!

АЛЬБЕРТ. Он удивлен. «Женщина, прежде всего, источник наслаждения». — говорит он. А я этот бред перевожу…

ОЛЬГА (плача). Он не верит, что я актриса цирка?

НИНА. Оля, вы прекрасно доказали это!

ВОЛКОВА. Оля! Фокусы — класс! Оля!..

ОЛЬГА. Японец что, мне не верит? Я — актриса цирка!

АЛЬБЕРТ.