Изменить размер шрифта - +
Он и погасил уже догоравшие постройки и стога соломы.
     Дом Абинье представлял собой ужасное зрелище - выбитые двери, разбитые окна, закопченные стены. Но еще более ужасно было внутри - перевернутая мебель, пулевые отверстия в стенах, разбитая посуда, кровь на полу и на стенах.
     С каждой минутой Марселю Бланше становилось все хуже и хуже. Он уже не приходил в себя, бредил, выкрикивал какие-то слова, имена, шептал молитвы. Потом силы оставляли мужчину, и его голова запрокидывалась, а глаза закатывались.
     Лилиан и Этель сидели у изголовья постели. Лилиан держала руку Марселя в своих ладонях и слезы, которые текли по ее лицу, капали на грудь Марселя Бланше.
     - Держись, держись. Марсель, все будет хорошо, - шептала девушка, все еще надеявшаяся на то, что Марсель сможет самостоятельно выбраться.
     А он вдруг открыл глаза, криво улыбнулся и обвел собравшихся странным взглядом.
     - Я скоро умру, - прошептал он бескровными губами, - вы слышите, я умру. Никогда не думал, что это так просто и никогда не надеялся, что умру в своей семье.
     Этель наклонилась к брату, приложила к его горячему лбу мокрое полотенце.
     - Брат! Брат! Марсель! Я люблю тебя! Держись из последних сил!
     - Нет, Этель, нет, сестра, жизнь покидает меня, - Марсель ввзяал ладонь Лилиан и та разрыдалась. - Не надо плакать, Лилиан, это тебе не к лицу, ты славная девушка, ты лучшая девушка из всех мне известных. Ты так смело боролась с этими проклятыми Реньярами, ты дорога мне и если мне повезет предстать перед всевышним, я обязательно попрошу, чтобы он послал тебе счастье, чтобы он послал тебе хорошего мужа и славных детей.
     - Марсель, не говори так, береги силы, ты обязательно выздоровеешь, рана не очень глубокая, - соврала Лилиан.
     - Ты пытаешься меня обмануть, племянница, но Марсель Бланше за свою жизнь видел столько всяких ран, что научился безошибочно определять, какая рана смертельная. И моя, я скажу тебе, Лилиан, смертельная, мне уже не выкарабкаться.Филипп, подойди! - зашептал Марсель Бланше, пальцем подзывая племянника.
     Филипп опустился на колени и склонился к Марселю. Тот был настолько слаб, что говорил чуть слышно. - Береги мать и свою сестру, а также береги Констанцию. Она славная и лучше покиньте этот дом, уходите куда-нибудь, я вам советую. А потом, может быть, вернетесь сюда и будете счастливы.
     Марсель Бланше отстранил от себя Филиппа и поманил пальцем Этель. Женщина со скорбным лицом тоже опустилась на колени и склонилась к самой груди Марселя. - Этель, прости меня за все, прости, если я причинял тебе беспокойства, прости за то, что ты страдала из-за меня.
     - Что ты. Марсель, успокойся, может быть, все еще будетхорошо.
     - Нет, сестра, мои дни сочтены, даже сочтены мои минуты.
     Марсель странно дернулся, его глаза закатились, а из горла вырвался стон.
     - Он умирает, - сказала Этель, - и мы остаемся одни.
     Но жизнь все еще не покинула Марселя. Его душа пока еще оставалась в теле. Он вздрагивал, хрипел,выкрикивал свое имя, кого-то проклинал. Но потом вдруг стих, по его щекам покатились слезы, на губах появилась блаженная улыбка, он поднял руку и несколько раз взмахнул ладонью, давая прощальный знак всем близким людям. Его душа покинула тело, а на лице застыла блаженная улыбка.
     Этель положила свою ладонь на лоб брата и закрыла глаза.
     - Господи, прими его душу в свои объятия, прости ему все прегрешения. Он был хорошим человеком, может ошибался, может быть, когда-нибудь злил тебя, но он никогда не держал на людей зла и если мог, то помогал им.
Быстрый переход