— Господин бургомистр, можно? — раздался осторожный мужской голос со стороны входной двери.

— Да, проходите, — отвечаю и, поднявшись из-за стола, беру ближайший стул и ставлю посреди кабинета, чтобы посетитель мог на него сесть. Сам же садиться обратно не спешу и вместо этого опираюсь на стол, как и вчера.

Смотря на меня с опаской, в кабинет прошел мужчина лет тридцати. Одет не то чтобы дорого, но и не в тряпье, обычный добротный костюм без излишеств. Пока он садится на стул, накладываю на него нужные заклинания.

— Начнем, пожалуй, — говорю, когда он уселся, и начинаю задавать уже стандартные вопросы, список которых отработан еще вчера. А вот если появляются какие-то сомнительные моменты, тогда уже начинаю уточнять.

С этим мужчиной никаких проблем не возникло — обычный служащий, горящий душой за свое дело. Из-за его честности и излишнего рвения бывший бургомистр засунул его как можно подальше от себя, но тем не менее оставил начальником небольшого управления. Свое дело он знал хорошо и со временем перестал куда-то еще лезть. Беседа с ним не заняла много времени, и я его пока отпустил в коридор, предупредив, что скоро будет собрание всех начальников управлений, так что пусть далеко не уходит.

Следом за ним сразу же зашел следующий. А потом еще один и еще. Все беседы прошли нормально. Преступников, как вчера, среди них не нашлось. Было двое сомнительных, но решил все же оставить их. Впрочем, я так и вчера делал, уволив и отправив под стражу лишь совсем тяжелые случаи. А если кто-то слегка косячил или немного использовал служебное положение, но, в общем-то, свои обязанности выполнял исправно, то таких не трогал.

Если всех, кто хоть немного провинился, увольнять, то останется хорошо если десяток-другой из всех служащих, а это, мягко говоря, будет катастрофа. Почему? Ну, хотя бы потому, что я не представляю, где искать новых служащих, и сейчас совсем не время для этого.

На все у меня ушел почти час. После того как последний ушел, не сажусь обратно, все равно сейчас общаться с кучей людей. А вот их рассажу. Пока есть немного времени, расставляю по свободной части кабинета имеющиеся стулья. Таких тут нашлось восемь штук. Должно хватить на всех, придут же только начальники. А их, если я ничего не упустил, всего шестеро.

Пара минут ожидания, и ко мне в кабинет начали заходить люди. Со всеми ими уже общался. Правда, двое из них стали начальниками только вчера, после того как я арестовал их предшественников. Но вроде бы должны быть в курсе всех основных дел.

— Рад вас всех видеть здесь, — говорю, когда все расселись по предложенным стульям. — Я хотел вас всех видеть, чтобы обсудить ряд вопросов. Перед тем как начнем, спрошу — у вас есть какие-то вопросы ко мне?

Ответом мне была тишина и боящиеся взгляды у многих. Да, нагнал я вчера страху. Но так было нужно, получилось быстрее и с меньшим количеством проблем.

— Раз так, тогда начнем, — говорю, выждав пару мгновений и так и не дождавшись каких-то вопросов. — И первое, о чем я хочу поговорить, — это имеющиеся средства в казне города. Какую сумму мы можем потратить без последствий для жизни города? И какую можно с минимальными последствиями?

— Кхм, — прочистил горло один из мужчин, поднимаясь со стула. Он начальник финансового управления Фаргена. Да, вот так пафосно называется казначейство тут. — На сегодняшнее утро казна города располагает тремя сотнями тысяч золотых монет. Еще двести тысяч можем вынуть из бюджета города в ближайшее время и без серьезных последствий. Также в течение двух недель можем изъять миллион, но тогда бюджет города будет практически опустошен и бюджет начнет разваливаться, денег не хватит для нормального существования города.

Слушаю все, что он говорит, с невозмутимым лицом, но внутренне хочется выпучить глаза в удивлении и уронить челюсть на пол.