Он прав. Правда то, что он говорит, или нет — непонятно, но он в этом уверен. Он верит в то, что говорит, — командор Вилса отдал ему этот приказ.

— Я именно поэтому не сразу сопоставил, что к чему. Понял, лишь когда пришли следователи, занимающиеся поисками пропавших артефактов. Тогда-то до меня дошло, что дело нечисто и я в нем замешан по полной. Стал осторожно задавать вопросы, искать ответы. И то, что выяснил, мне очень не понравилось. Понял, что меня уберут как ненужного свидетеля. Поэтому и сбежал, взяв с собой верных людей, — продолжил говорить он. — Не мне тягаться с командором. Да и если замешан он, то кто знает, кто еще из ордена вместе с ним. А я не та величина, чтобы вступать в подобное противостояние. Мне бы как-нибудь жизнь свою сохранить.

— Ты уверен, что приказ тебе отдал именно командор Вилса? — спрашиваю, выталкивая немного успокоившуюся Ронэ из тюремной камеры в коридор. Она и оттуда может слушать наш разговор, а мне так будет спокойнее.

— Абсолютно. Я уже несколько раз выполнял его просьбы. Мы лично встречались. Уверен, что это был он.

— Какими были его предыдущие просьбы?

— Ничего такого. Просто достать что-нибудь и привезти ему. Мелкие прихоти влиятельного человека.

— Но орден попросил меня о помощи в расследовании кражи артефактов. Если за кражей стоит командор Вилса, зачем он позволил продолжить расследование? Не вяжется как-то.

— А это не он. Он, наоборот, был против того, чтобы привлекать вас, и вообще всячески мешал расследованию. Вначале настаивал на том, чтобы действовали медленно, тихо и тайно, мол, незачем привлекать внимание к случившемуся. Потом настаивал, чтобы к расследованию присоединились определенные люди. Он много чего делал, по сути развалив первое расследование. С вами так не получилось, несмотря на все его сопротивление. Это решение продавили другие, Вилса не единственный командор в ордене. А случившееся очень не понравилось многим. И его практически оттерли от этого расследования, стараясь делать все без его участия.

— Его подозревают?

— Не могу сказать. Но какие-то процессы во власти ордена происходят.

— Так понимаю, ты своих знакомых и должников просил разузнать об этом? Иначе откуда тебе известно столько.

— Да, и не только. Узнал про вас, узнал про обстановку в ордене после моего побега. Узнал, что у командора не получилось задавить идею продолжения расследования и он по этой причине крайне зол. А также понял, что теперь он постарается убрать меня любой ценой. Я единственный, кто может связать его с этим делом. И если я заговорю… несмотря на его статус и власть, ему придется несладко. Возможно, он и выкрутится, однако это останется несмываемым пятном на его репутации.

— А до этого он не собирался тебя убивать? — спрашиваю, скептически хмыкнув.

— Собирался. Но не был настроен так решительно. Отправил людей, но причин для спешки у него не было. Он старался действовать осторожно и тайно. Не то что сейчас. Тогда у меня еще были шансы затеряться, избавившись от преследователей.

— Предыдущий город, на вас напали. Это были его люди?

— Его или нет, но они хотели убить нас. Повезло, что мы держались настороже и успели среагировать. Дали бой и даже выиграли. Правда, какой ценой…

— Почему решил сейчас сдаться и попросить стражу о защите? Как понял, до этого ты ни о чем подобном и не думал.

— Скорее не стражу, а конкретно вас, констебль Кас. Да и куда мне бежать? Я воспользовался уже всеми своими знакомыми. А мои лучшие друзья погибли, защищая меня. В одиночку у меня нет шансов. Возможно, еще какое-то время я смогу пробегать, но итог от этого не изменится — Вилса избавится от меня.

— У тебя есть какой-то план? Кроме того, что попросить о защите?

— Да.