Чистая кожа, чистые волосы, уютный пушистый халат… что ещё может понадобиться женщине после тяжёлого утра и насыщенного малоприятными событиями дня? Если не хочется спать – только умный, смешливый собеседник. Желательно – противоположного пола, дабы слегка подкрашивать флиртом сложный процесс непринуждённой болтовни. И уж это-то Лана Дитц получила по полной программе.

Им в любом случае надо было найти общие знаменатели. Надолго или лишь на несколько дней, но они стали напарниками, а значит, следовало как можно быстрее притереться друг к другу. Обозначить и табуировать болевые точки. Обнаружить области соприкосновения и совместные интересы. Хоть что-то, на чём можно построить партнёрство. И с этой точки зрения адреналиновой наркомании, взаимного сексуального притяжения и любви к полётам на гравикрыльях было явно недостаточно. Впрочем, для начала годилось и это.

Будь у их разговора свидетели – они уж точно покатывались бы со смеху. Когда собеседники изо всех сил стараются услышать больше, чем сказать, зрелище (слышаще?) получается довольно забавное. Да, полковник Горовиц, командир Ланы и наниматель Риса, приказал доверять друг другу, но есть привычки, от которых трудно избавиться. И всё же они разговаривали.

Продолжалась идиллия, однако, недолго. Ее прервал Младший, связавшийся с Рисом и поинтересовавшийся, принимает ли мисс Тевиан гостей? Доктор Хьюз закончил исследование и хотел бы поделиться выводами и ответить на заданные вопросы. Разумеется, мисс Тевиан гостей принимала.

За стеклянной перегородкой, отделяющей номер от террасы, быстро темнело. Солнце, невидимое за изгибом стены, тонуло в океане, пятная кровью белоснежные лепестки апельсиновых цветов, превращая их в свежие повязки на руках-ветках. Становилось душно: вода, впитавшая за день тропический жар, отдавала его теперь воздуху вместе с избыточной влагой, и Рис задвинул ведущую на террасу прозрачную створку и включил кондиционер.

Лана уже успела объяснить ему, почему не взяла номер на «закатной» стороне. Не из-за денег, вот ещё! Просто – смысл? По вечерам она работает, тут уж не до красот. Хотя и жаль, конечно.

А потом появились гости.

Доктор Хьюз, вежливо пропущенный Младшим вперёд, являл миру классический образчик насупленного брюзги, вынужденного делать то, чего ему делать совсем не хочется.

– Мисс Тевиан! – начал было он с почти смешным пафосом, но вдруг закашлялся, и совсем другим, умоляющим тоном продолжил: – Мелисса! Я не просто врач, я – полицейский врач. И я прошу вас поделиться сведениями, которые могли бы помочь мне в моей дальнейшей работе.

– Какими именно сведениями, доктор?

Лане ужасно хотелось хотя бы усмешкой продемонстрировать свое торжество, но она сдержалась. И мысленно погладила себя за это по голове. Хорошая девочка.

– Ну, например, когда и почему вы заподозрили, что видимый возраст мисс Шенуа отличается от реального?

Девушка, царственно возлежащая на кровати со свернутым пледом, подложенным под правую ногу, на секунду задумалась.

– Пожалуй, в тот вечер, когда я впервые увидела её в «88». Она посмотрела на меня… неодобрительно.

– Эээээ… – осторожно проговорил патологоанатом, – Мелисса, а вы в зеркало смотритесь? Хоть иногда? Да вас по определению не одобрят все без изъятия женщины, которым не посчастливится оказаться в вашем обществе!

Лана картинно закатила глаза и тяжело вздохнула:

– Доктор, во-первых, я далеко не красавица…

– Вот это верно! – энергично перебил её врач.