Разумеется, такая постановка вопроса являла собой пример вопиющего расточительства. Однако, несмотря на молодость, Лана Дитц умела ценить своё время и удобство куда дороже денег, которые так или иначе всех не заработаешь. «Жизнь слишком коротка, чтобы делать для себя то, что могут для тебя сделать за деньги другие», как кто-то там сказал.

К примеру, салон красоты, с которым агентство «Кирталь» сотрудничало на постоянной основе, делал его сотрудникам заметную скидку на процедуры по изменению внешности. Нотариус был жизненно необходим для фиксации заключенных сделок – милая изюминка Шанхая, заставлявшая договаривающиеся стороны прибегать к самой изощрённой казуистике. Любой уважающий себя шанхайский адвокат жил на чемоданах, готовый по отданной клиентом команде «Фас!» мчаться к чёрту на рога и грызть его противников, как бешеный пёс. Пока что у миз Галлахер такой необходимости не возникало, но предварительная договоренность имела место быть. Об оружейной лавке и говорить нечего, толковому консультанту, особенно активному, без неё не обойтись. Куда приспособить риэлторскую контору, Лана пока не придумала, но, с другой-то стороны, этот офис она снимала всего полгода. Кто знает…

В общем, принцип «хороший сосед лучше плохого родственника» цвёл пышным цветом. Однако, он же представлял собой немалую проблему в их текущих обстоятельствах. Потому что план Б предусматривал незаметное проникновение основной группы поддержки на четвёртый этаж. Стало быть, Али следовало перехватить показания всех сканеров не только в самом здании, но и в прилегающем пространстве. Да не просто перехватить, а запустить фальшивку на время, требуемое для предельно аккуратного прибытия людей Силвы к дверям офиса агентства «Кирталь», а его собственных сыновей – на крышу. Захватчики, кем бы они ни были, уверенно гнали на коммуникатор Ланы туфту, но, по словам Али, возможности системы сканирования, установленной в офисе, использовали на полную катушку. И застать оборзевших «посетителей» врасплох можно было только одним способом: накормив их же собственной конфеткой. А сварганить её незаметно для окружающих не так-то просто.

Следовало также принимать в расчёт то немаловажное обстоятельство, что как только люди Силвы окажутся на позиции, сканеры по пути их следования можно вернуть к нормальному режиму работы. Понятное дело, за исключением холла четвертого этажа. Но в своих владениях Лана могла вытворять всё, что заблагорассудится.

А вот с крышей куда сложнее. Там фальшивка должна идти всё время пребывания Резы и его братьев. И если что-то пойдёт не так, если кто-то из прочих арендаторов, не говоря уж о муниципальных службах, отсечёт вмешательство в систему, Али придётся жарковато.

Но пока что всё шло так, как и должно идти. В голосе Али, почти непрерывно звучащем в кольце на ухе Ланы, сквозь привычную бархатную вальяжность проскальзывали ясно слышимые нотки азарта:

– Твои на местах. Мальчики тоже. Пока всё штатно. Сбавь темп, ты никуда не торопишься… вернее, торопишься, но для себя, а не для этих собак. Умница, дорогая… купи что-нибудь по дороге для полноты картины… да окорок-то зачем! Что, поприличнее ничего придумать не смогла?

Некоторые принципы ислама претерпели заметные изменения с тех пор, как клонирование вошло в повседневный обиход. В частности, клонированная свинина, будучи творением не природы, а человеческих рук, уже не считалась не только запретным, а даже просто нежелательным продуктом. Однако, судя по возмущённому возгласу, Али принадлежал к числу упертых ортодоксов. Как это сочеталось с его экспериментами по созданию венерари, раздумывать Лане было недосуг: она добралась, наконец, до лифта.

– Насторожились. Разошлись по точкам. Один слева от двери, второй в сортире для посетителей сныкался, третий в переговорной.