— Да, вы правы, — подтвердил Демьянов. — Открыто известен ранг бойцов, но вот сами способности зачастую закрыты для общественности, хотя в наших архивах есть информация практически на всех. Мы не можем с уверенностью утверждать, что архив полон, но если кто-нибудь из сильнейших одаренных страны открыто использовал способность, даже единожды, у нас есть об этом информация. Но полагаю, у Гвардии есть более полные архивы, все А и S-ранги должны отчитываться лично перед государем и предоставить ему всю самую актуальную информацию. Но там всё надежно, Гвардия утечек не допускает, — сделав небольшую паузу, мужчина добавил: — А вы, Андрей Дмитриевич, ещё не аристократ. Говорят, что Лидия Александровна после вступления в наследство соберается передать вам титул графа, но в данный момент этого ещё не произошло.

Я молчал, не собираясь отвечать хоть что-то. Он, видя мое нежелание идти на контракт, вздохнул.

— Послушайте, Андрей Дмитриевич, я просто хочу предложить вам работу.

— Вы далеко не первый.

— Не удивлен, но уверен, что первый, чьё предложение вы примите. Я предлагаю вам работу внештатного сотрудника Управления.

— Мне не интересно, — покачал я головой.

— Вы же меня не дослушали, — усмехнулся мужчина. — Внештатная работа не потребует от вас чего-то экстраординарного. Из-за случившегося вчера Псковская группа быстрого реагирования лишилась сильного охотника, и всё, что требуется от вас — участие в подобных экстренных происшествиях. Вам и так придется, если вам передадут титул, потому как это часть закона о дворянской повинности.

Про это мне доводилось слышать. Одаренные, начиная с А-ранга, относящиеся к дворянству, вносятся в специальный реестр и должны нести воинскую повинность. В мирное время это закрытие ложных порталов большой силы. Одаренных вносят в список, формируют группы и вызывают, если возникает острая необходимость. Так было с Багратионовым, например. В военное время одаренных используют как живое оружие, но там много нюансов, в которые я не вдавался, когда ознакамливался с вопросом.

— Вам, разумеется, придется участвовать в совместных учениях и время от времени, даже без появления экстренных ситуаций, выполнять групповые задания для слаживания группы. В противовес этого вам предоставляется пятидесятипроцентная скидка на выкуп портала, а также повышается цена выкупа у вас трофеев.

А вот это меня заинтересовало.

— Это действует только на меня или на группу, возглавляемую мной?

— На группу, — подтвердил Павел Ростиславович. — Но не более двух порталов в неделю. На повышенную ставку выкупа трофеев нет никаких ограничений, тут можете развернуться.

— Но продавать всё равно придется вам, — хмыкнул я, понимая, к чему он ведет.

— Нам. Есть упрощенный выкуп трофеев, если вы хотите использовать их иначе, но не для перепродажи, разумеется. Только для личного использования.

Я откинулся на спинку кресла и задумался. На самом деле предложение вполне себе неплохое. От дворянской повинности мне не избавиться, да и в том, чтобы закрыть ложный портал и спасти людей, я не видел ничего зазорного, в конце концов, мы для этого в какой-то мере и существуем. Пока естьодаренные, будут и порталы, и наоборот. Круговорот, которого мы не избежим, разве что благодаря моим действиям он больше не станет расширяться.

Повышенная ставка за трофеи, более дешевый выкуп порталов…

— А если я захочу уйти?

— Мы это устроим. Но я всё же надеюсь на долгосрочное взаимовыгодное сотрудничество.

— Последний вопрос: я смогу выкупать порталы выше своего ранга?

На данный момент это было самым критичным вопросом. Будучи официально B-рангом, я не могу выкупить, например, А-ранговый портал.