|
И дело было вовсе не в том, что на природе, где предстоит встречать важных людей, скамейки будут мокрыми от дождя… Он давно уже ничего не боялся и спал крепко и спокойно, так почему же сегодня так муторно на душе? Неужто от того, что в прошлый раз на него положила глаз одна почтенная дама и он позволил себе лишнего? Можно было бы списать неуклюжую связь на алкоголь, но после дурацкого флирта дама несколько раз звонила в контору, явно добиваясь продолжения… Примерный доселе семьянин от подобной навязчивости старался убежать, но как бы не навредить делу грубым отказом?
Машина остановилась во дворе заготовительной конторы Оршицкого райпотребсоюза, Фима выскочил, забыв про кожаный портфель: – Толян, жди, скоро поедем! – Ефим Ильич, портфель! – Ах да, спасибо, – Фима вернулся за забытым портфелем, мельком бросая взгляд на уже припаркованную «Волгу» начальства. У входа в кабинет секретарша успела разложить пухлые свертки с провизией. Фиме оставалось дать команду рабочим на загрузку ящиков с французским элитным коньяком и приготовленной снедью для банкета на природе. – Люсенька, сообразите что-нибудь этакое для того, чтобы постелить на скамейки, – все мокрое от дождя! – Ефим Ильич, а может, ресторан заказать, он совсем рядом от вашего излюбленного места? – Поздно, Люся, не успеем, – Фима на ходу прикинул, всего ли хватит для банкета, и приказал грузить продукты по машинам.
Майский дождь закончился весьма кстати, и весеннее солнце почти успело высушить молодую листву. Уже через полчаса слегка влажные скамейки лишь немного напоминали об утреннем ливне. – Видать, и накрывать не придется лавки клеенками, скоро все высохнет… А вдруг как опять закапает? – прикидывал Фима, одновременно командуя грузчиками и официантами, нанятыми на обслуживание вечера на природе. – Так, девчата, вот еще что: нарежьте мясных деликатесов, да не скупитесь! За хорошую работу и вам достанется! Черт знает что: стелить клеенку или не стелить… Девицы в фирменных колпаках и передниках засуетились, нарезая фирменные колбасы, деликатесные рулеты и ветчину. Поодаль раздался звон бутылок редкого французского коньяка. Как бы опомнившись, Фима откупорил одну из них, налил рюмку и, морщась, занюхал лимоном: – Французский, армянский – все из одной бочки! Из-за поворота показалась 21-я «Волга». – Ребятки, мигом заканчиваем, шеф едет! Машина остановилась, и Фима по-лакейски отворил шефу дверцу: – Марк Наумыч! Как я рад вас видеть! К приему высоких гостей все готово! – Да ты, Ефим Ильич, я гляжу, уже тоже готов! – Ну что вы, Наумыч, как можно, я, так сказать, только пробу снял. И что я вам скажу – армянский от французского, да еще отборного можно отличить только по внушительной цене! За шефской «Волгой» прибыли несколько «Москвичей», и на открытую поляну гурьбой высыпали коллеги из Оршицкой районной потребкооперации. – Фима, видать, сегодня не простые ревизоры пожалуют, раз ты тут так расстарался, – подал руку еще один Фима, он же директор районной заготовительной конторы Ефим Шлесинберг. – Да уж, наш Наумыч толковый, хитрый и умелый, знает, с кем устанавливать связи, на кого опереться и кого подкормить в нужный момент для всеобщего нашего блага.
Через полчаса накрытые столы на вытоптанной поляне ломились от изысканных блюд, а собравшаяся вокруг партийная элита из области громко чокалась с устроителями импровизированного банкета на природе. Чуть поодаль томились ревизоры – после красивой вечеринки за городом позже им предстоит проверить Оршицкую районную потребительскую кооперацию на предмет всяческих торговых нарушений. |
