|
— Она вымыла руки. — То, что Гуннар является главой Скандинавского отдела, известно очень узкому кругу лиц. Для всего остального мира он просто Шведский Сокол, человек с хорошей репутацией и множеством контактов по обе стороны «железного занавеса». В этом качестве Гуннара часто приглашали как посредника в переговорах между представителями Запада и Востока. Обычно речь в таких случаях шла об обмене заключенными. Эта его деятельность не имела ничего общего с работой Скандинавского отдела. Две недели назад он получил задание организовать встречу между директором отдела КГБ, действующего против НАТО, и крупным представителем британской разведки. Задание поступило из Лондона, Майкл, и звучало вполне ясно и недвусмысленно. Но Гуннар был встревожен тем, что Уайтхолл, выбрав тебе в качестве прикрытия роль закупщика из «Хассон и Вемисс», подключил нас с Кристофером для того, чтобы доставить тебя обратно. Он знал, что нашу помощь используют только в экстренных случаях. Гуннара это очень беспокоило. Он даже подумывал о том, что в Англию я повезу не тебя, а Кайзерита. К нам и раньше обращались за содействием очень важные русские агенты. Правда, до директора отдела дело еще не доходило, но когда-нибудь должен же быть первый раз.
Она осторожно уложила вещи обратно в косметичку и щелкнула замочком. Уайлд попытался сжать и разжать свою левую ладонь, но поморщился от боли. — Все это звучит очень убедительно, за исключением одной детали. Лоран Кайзерит и я уже встречались раньше, и он отлично знал о моей профессиональной ориентации. Ингер взяла свое пиво и направилась в ванную. — Значит, кто-то в Лондоне разработал собственную комбинацию, если только этого не сделал ты. Мне представляется более вероятным первый вариант. Средний британский бюрократ имеет довольно изощренный ум, тогда как средний наемный убийца, независимо от его национальности, обычно довольно глуп. Иначе он нашел бы себе какую-нибудь другую работу. — Спасибо за совет, любовь моя, — сухо сказал Уайлд. — Надеюсь, ты уже решила, что будешь делать дальше? Ингер закурила сигарету: — А если нет, ты убьешь и меня? — Однажды мне уже приходилось убивать красивую женщину, и это было одним из самых неприятных ощущений в моей жизни. Я пообещал себе, что больше никогда не стану этого делать, если только не возникнет крайней необходимости. Она холодно улыбнулась: — Тогда как ты собираешься со мной поступить? — Я надеюсь воспользоваться твоими услугами. Ты много лет работала на Гуннара. Хорошо это или плохо, но Гуннар Моель теперь мертв. Тебе нужен новый работодатель. Твой муж тоже мертв. Если ты не хочешь провести несколько неприятных часов, беседуя с датской полицией, тебе понадобится еще и новый муж. На ближайшие два дня я рассчитываю заполнить обе эти вакансии, как мы, впрочем, и договаривались раньше. — А потом? — Я уверен, что Лондон будет счастлив найти новое применение твоим талантам. Она вздохнула: — Похоже, большого выбора у меня нет. Хорошо, я отвезу тебя обратно в Англию. Но есть некоторые проблемы. — Одна из них сидит в соседней комнате. — Я не думаю, что его можно считать проблемой. Ульф Дженнер прислал его, чтобы остановить тебя. Ульф всегда был предан больше Гуннару, чем Скандинавскому отделу. — Ты думаешь, Ульф послал сюда Стефана, чтобы он разобрался со мной, а сам вместе с Кайзеритом отправился в Стокгольм? Это самый разумный вариант. Копенгаген стал для них слишком опасен. Кайзерит обычно путешествует как частное лицо. У него нет дипломатической неприкосновенности. Скорее всего, советское посольство даже не подозревает, что он был в Дании. — Однако Ульф, насколько я понимаю, получил задание разобраться не только со мной, но и с Кристофером. |
