— Пока я еще у тебя выигрываю, — подвел итог Вито. Он потасовал карты и приготовился к сдаче, но, глянув на дешевый будильник, стоявший на пустом стуле, забеспокоился.

— Что с ними случилось? Им уже пора быть здесь.

— Ты, Вито, лучше не о них думай, а смотри за этими двумя.

— Какого черта француз прислал их сюда?

— Они талантливы. Без ножа в кармане к ним и подходить страшно. Я встречался с парочкой таких вампиров в Корее. Они могли делать все, что угодно, и начальник их не трогал. Худшие убийцы из всех, кого я видел. Настоящие мясники и любители своего дела. При виде крови звереют. И знаешь, оба отхватили награду за хорошую службу... Им уж пора прийти. Опаздывают на десять минут.

— Значит, Леон задерживается на работе.

— Черт бы его побрал вместе с машинами. Никогда не приходит вовремя. — Позвони им, узнай, что случилось.

Вито с раздражением еще раз взглянул на будильник, бросил карты на стол, набрал номер и услышал длинные гудки.

— Не отвечают.

— Попытайся еще раз. Возможно, ты набрал не тот номер.

Вито положил трубку, после чего вновь набрал номер. Результат был прежним.

— Что-то не так, — забеспокоился он.

Они не стали тратить время на размышления и догадки. Быстро одели плащи, выскочили и побежали к зданию, пересекая улицу по диагонали.

На звонок никто не ответил. Болди достал свой ключ и открыл дверь, надеясь, что это всего лишь недоразумение. Дверь открылась лишь на несколько дюймов. Чтобы открыть ее дальше, потребовалось дополнительное усилие, так как этому мешали лежащие на полу трупы.

Когда же Болди увидел страшную картину, то прошептал:

— Какой сукин сын...

Эти же слова вырвались у него, когда он поднялся этажом выше и наткнулся на бездыханные тела Олли, Метта и Вуди. Они валялись, неестественно выпучив глаза, открыв рты и схватившись за горло. Они не заметили разлетевшиеся осколки тонкого, как бумага, стекла и, давя их, пошли дальше наверх, сжимая в руках пистолеты со спущенными предохранителями.

Наконец, они увидели мертвого Леона Брея. Но не его смерть занимала их. Они выполняли приказ Бердуна. Входя в кабинет Брея, они надеялись, что, может быть, найдут кого-нибудь живым и убьют на месте. Убив, они бы хоть немного успокоились.

Они были слишком напряжены и не обратили внимания на запах дыма. Когда же подошли к источнику дыма вплотную и Болди открыл рот, чтобы предупредить об опасности, сработал взрыватель. Болди и Вито разорвало на клочки, в которых застряли куски дерева, металла и других материалов... Через десять минут приехали пожарные. В это время полиция выводила людей из соседних зданий в безопасную зону. Лишь один журналист, оказавшийся на месте преступления, догадался о том, что это был за дом. Он ворвался в ближайший таксофон и позвонил в редакцию.

— И я сказала этому Менни, чтобы он помолчал. Ведь то, что он видел ее с кем-то в ресторане в Ньюхопе, еще не причина вызывать ее к боссу. Когда она услышала слово «Ньюхоп», ее рука застыла на крючке. Именно там она была с Джилом позапрошлым вечером.

— Он уже четырежды заходил, но по-прежнему ничего не может предъявить, — продолжал тот же голос. — Я ему говорю: «Менни, не суйся не в свое дело», а он отвечает: «Да заткнись ты!» Говорят, он прикончил родную мать.

«Нет, — подумала Элен, — он еще не успел встретиться с Бердуном. Француза просто не было в конторе, а он никогда не говорит, куда уходит. Но сейчас босс должен быть у себя, на работу он приходит раньше всех».

Она подождала, пока уборщицы сменят полотенца, и отправилась на свое рабочее место.