— Ладно, ребята. Можете выдохнуть и расслабиться. За пойманного дайкара объявляю благодарность. И раз уж вы умудрились его взять, считаю своим долгом пояснить вам еще кое-что.

Вепрь снова обвел взглядом Васину десятку.

— Полагаю, воспоминания о том, как мы брали заговоренную крепость еще свежи? Вижу, что да. Так вот. Мога, который творил заклятие того замка так и не был пойман. Очень уж ловок да быстр оказался, — ротный атман с прищуром посмотрел на дайкара, — А, напомните-ка мне Грач, что означает вот этот значок в послужном списке «маленького эльфа». Да-да. Вон та змея, обернутая вокруг чаши?

— Мастер ядовитых проклятий, — тут же ответил Грач, — И я с вами полностью согласен, Вепрь, возможно перед нами сейчас стоит именно тот самый мога.

Уже ночью, когда они сидели после ужина у костра, глядя на пламя, Вася вспоминал весь прошедший день, неожиданно оказавшийся таким богатым на события. Он еще ощущал остаточное покалывание на левом предплечье, там, где Грач поставил нифрилом ему, как и всей остальной десятке новый рисунок: «рука, хватающая летящую стрелу».

Был ли этот знак общепринятым в вооруженных силах или дока нападения выдумывал эти знаки сам, Вася не знал, а Аким сказал, что в уставном реестре такого знака не видел. Он прикинул, что если еще столько же знаков сколько уже есть сейчас поставить на предплечье, то послужная дорожка достигнет локтя, и тогда он сможет рассчитывать на прибавку в довольствии. Потому что таких бойцов уже считают опытными, прошедшими через бои и оставшимися в живых. Таких прямо так и называют: «локтями».

Глава 29

Глава 29. В гостях у королевы.

Ефим опирался о борт ладьи и глядел на серую водную гладь северного озера. Услышав за спиной приближающиеся шаги, он оборачиваться не стал, и без того зная, кто мог к нему подойти.

— И чего не сошел со всеми? — спросил он, не отводя взгляда от воды.

— А, успеется, — Прохор усмехнулся, — Достоишь вахту, вместе сойдем.

— Может я и вовсе не пойду. Чего я в их горностаевом городе не видел?

— Вот же тебя, Ефим… а зачем еще в походы ходить, кроме как на мир посмотреть? — Прохор встал рядом и тоже облокотился о борт, — И возвращался бы с мужиками в деревню. А то можно подумать, я тебя сюда силком тащил.

Прохор лукавил. Силком он, конечно, не тащил, но что уговаривал Ефима, это было. Когда они, уже расторговавшись с чухами, стали собираться на возврат, то увидали парус головной ладьи княжеского каравана. Думали, что всего лишь помашут рукой проходящему мимо флоту, но случилось так, что князь захотел причалить, и пришлось задержаться. Ефим князя раньше не видел, а вот Прохор в прежние времена ходил на восток под его началом, и Верес его припомнил.

— Так ты что же, Прохор, — спросил Верес, пожимая ему руку, — Из этих мест что ли?

— Так точно, атман. Вот с мужиками на Белрогу ходили. Только-только с мена.

Завязался разговор. Прохору пришлось рассказывать про торговлю с чухами. Все-то князю знать надо было: и какой монетой чухи чаще рассчитываются, и в какую цену какие товары берут. Ефим в разговоре не участвовал, но просто взять и отойти в сторону не решался, опасаясь, что могут счесть за неуважение. Так и стоял рядом болванчиком пока князь разговаривал с Прохором.

— А что, Прохор, — вдруг обратился к нему Верес, — Не скучаешь по нашим походам?

— Скучаю, есть такое. С тобою, князь, чего греха таить, скучно никогда не бывало.

Верес рассмеялся и хлопнул Прохора по плечу:

— Так пошли со мной. В средиземье.