После выстрела сопротивления практически не было. Большинство рабов разбежались, побросав аркебузы. Когда Тамоpa попыталась организовать оставшихся, один из них вытащил нож и бросился на нее. Это был тот самый раб с серыми нитями в гриве волос, которого два дня назад унизил Йама. Тамора легко отразила неловкий удар и тут же убила его, сделав один точный выпад и перерезав ему глотку. В следующее мгновение она обернулась к остальным, держа у лица кончик окровавленного меча.

Йама выхватил нож и бросился ей на помощь, но Сайл схватил его за руку и прижал к его боку дуло пистолета.

— Надо было послушаться, — сказал он, — когда я просил тебя о помощи, но, может, это и к лучшему. Веди себя спокойно, и твои друзья останутся живы. Одно твое слово, и они умрут. Пожалуйста, брось нож.

— Может, ты сам его возьмешь. Мне не хочется повредить лезвие.

— Я знаю, что он может натворить. Брось его.

Через стену Дома Двенадцати Передних Покоев перебирались солдаты. Некоторые уже бежали через площадь к базилике, Лурия сняла с головы венок из плюща и швырнула к своим ногам в ароматные клубы дыма. Она ткнула пальцем в Сайла и взревела:

— Ты сказал, что подождешь!

Сайл ответил с полным спокойствием:

— Я сказал, что подожду, пока он вернется. Он вернулся. Мой первый долг — перед Департаментом Прорицаний, а не перед прошлым! — Обратившись к Йаме он сказал: — Прикажи своим друзьям спуститься. У меня нет никакого желания видеть, как их убьют, если им вздумается защищать свою позицию, кроме того, может пострадать базилика.

Когда Йама окрикнул Пандараса, Тамора резко обернулась, и Сайл показал ей свой пистолет. Она сплюнула, спрятала меч в ножны и приказала оставшимся рабам сложить алебарды.

— Я требую, чтобы за мою свободу был заплачен выкуп.

— Я вернул бы ее тебе тотчас, но это не моя прерогатива.

Пандарас и Элифас появились у главных ворот базилики, где в это время нападавшие разоружали рабов. Пандарас держал арбалет над головой.

Какой-то солдат выхватил оружие у него из рук и пихнул Пандараса к куче рабов.

Человек в домотканой тунике с белой полосой, рассекающей черную кожу лица, возник на сцене. Сайл подтолкнул Йаму вперед и произнес:

— Вот он, господин.

— Я не господин ни одному человеку, — заявил префект Корин. Глаза его были завязаны полоской прозрачной ткани. — Вот мы и снова встретились, Йама. Хотел бы я избежать этой маленькой драмы, но ты сам меня вынудил.

— Отпусти моих друзей, — попросил Йама. — Они не имеют никакого отношения к делу.

— Они знают о тебе. И думаю, побольше меня. Твой приемный отец многое утаил от Департамента. Например, этот трюк со светлячками. — Префект Корин коснулся полоски у себя на глазах. — Кстати, не пытайся его повторить. Мои глаза защищены, и у моих людей — тоже.

Йама вспомнил маленькую машину, которая спасла его от Сига, пронзив мозг одноглазого наемника. Он мог бы убить всех, кто находился на площади, и спокойно уйти. Но он подавил эту мысль. Он не станет убийцей, чтобы спастись.

— Эдил сообщил тебе все, что ему было известно, — сказал он префекту Корину. — Я сам очень многое узнал с тех пор, как попал в Из.

Префект Корин кивнул:

— И узнаешь еще больше с помощью Департамента.

Тут вмешался Сайл:

— Ты помнишь наш договор?

— В точности. Ты убьешь ее этим дурацким пистолетиком или лучше приказать одному их моих солдат выполнить это за тебя?

Сайл вспыхнул от гнева:

— Не рассчитывай диктовать мне, что делать. Я отдаю тебе эту территорию, но Департамент — не территория.