— Это ничего не изменит, — любезно откликнулся Нарвик. — Началась новая игра, ребятки, и чем раньше мы установим правила, тем лучше будет для всех.

Сердженор кивнул Карлену, и тот, обхватив Нарвика, начал поднимать его на ноги. Нарвик почти не сопротивлялся, однако все время сползал обратно в кресло, словно пьяный.

— Оставь его, — вмешался Шиллинг. — Он же может разговаривать. Если уж мы должны начать все сначала, то нужно смотреть в лицо фактам и отказаться от привычных стереотипов. Я, со своей стороны…

— Ты со своей стороны, — перебил его Карлен, — должен думать о том, как мы будем питаться, если для здешней пищи не нужны зубы….

Вместо ответа Шиллинг открыл рот, демонстрируя ослепительные зубы.

— У меня хорошие зубы, Сиг. Я полагаю, что даже ты не смог бы их расшатать.

— Я помогу ему, — сказал Виктор Войзи. Его веснушчатое лицо потемнело. — И я воспользуюсь незамысловатым гаечным ключом.

— Можешь взять и мой…

— Хватит! — Сердженор и не старался скрыть гнев. — Нарвик был прав, говоря о совершенно новой игре. Запомните первое правило — Крис Холмс остается полностью свободной личностью. Мы не можем существовать по-другому.

— Мы вообще не сможем существовать, если не станем, прежде всего, трезво смотреть на проблему воспроизведения рода, — упрямо произнес Шиллинг.

Сердженор уставился на него с нескрываемым отвращением.

— Может быть, ты имеешь в виду себя в качестве главы семьи, когда говоришь о продолжении рода?

— Лучше, если это будешь ты, Большой Дейв. По крайней мере, я все еще…

— ДЖЕНТЛЬМЕНЫ!

Мужчины смолкли, когда Кристина Холмс встала и оглядела сидящих за столом. Ее лицо побелело от гнева. Она зло засмеялась.

— Я сказала «джентльмены»? Извините. Я начну сначала. Ублюдки. Если вы, дерьмовые ублюдки, не возражаете, я хотела бы показать вам кое-что. Это имеет отношение к предмету разговора. И советую вам смотреть внимательно, потому что это — ваша единственная возможность увидеть данную часть моего тела.

Обеими руками она взялась за подол форменной блузки, приподымая ее, затем опустила молнию на широких брюках. Открылся плоский живот — весь в морщинах от операционных рубцов. Сердженор заглянул ей в глаза, обведенные темными кругами и почувствовал, что за прошедшие двадцать лет он безнадежно отстал от жизни.

— Там ничего нет, коллеги. Ни кусочка — все вычистили, — неожиданно спокойно сказала Кристина. — Всем видно?

— В этом нет необходимости, — пробормотал Шиллинг, отводя глаза.

— Чья бы корова мычала! Ведь это ты говорил, что надо смотреть в лицо обстоятельствам. А это тоже обстоятельство, сынок, — Кристина с трудом перешла к обычному тону разговора и даже смогла улыбнуться. Она привела одежду в порядок и села, положив подрагивающие руки на стол.

— Надеюсь, я никого не шокировала, свободомыслящие первопроходцы. Просто я решила одним махом доказать вам, что меня можно рассматривать как одного из парней. Так будет проще, не так ли?

— Намного проще, — подхватил Сердженор, желая, чтобы этот эпизод поскорее закончился. — Давайте продолжим. Кажется, мы собирались обсудить инструкции для Уэкопа.

— Я даже не подозревал, что мы можем отдавать распоряжения Уэкопу, — хмыкнул Карлен, отпуская успокоившегося Нарвика и возвращаясь на свое место.

— Наша теперешняя ситуация находится вне пределов его компетенции.