В канализационной шахте мерцали звёзды.

— Вот мы и дома, — хмыкнул Поникаров.

Игорь осмотрелся.

Дворик утопал в тени каштанов и клёнов. Из дальнего подъезда вышла старушка в плаще. В песочнице игрались малыши. Дома — старые, построенные ещё при Сталине. Может, и раньше.

— Вы дома, — уточнил Игорь. И поднял к глазам смарт-браслет. — В расчёте?

— В расчёте, — согласился профессор. И тронул сенсор на собственном браслете. Незримый сигнал помчался к гаранту сделки, пронзая километры урбанистической застройки. Когда Игорь подтвердил отсутствие претензий, деньги капнули на его счёт. Далёкий офшорный счёт, спрятанный на суровой средиземноморской скале.

Они распрощались.

Поникаров сел в автобус, курсирующий между центром и полузабытыми трущобами. Игорь вызвал скоростной дрон-лоукостер и полетел на север. Его ждал крохотный городок, за которым начались бескрайние леса и поля. Изредка там встречались коттеджные посёлки, закрытые от внешнего мира. В одном из таких посёлков Игорь и построил своё родовое гнездо. Дом возводился в те дни, когда мир казался незыблемым. Деньги, туннели, деньги. Много свободного времени в перерывах между рейдами. Счастье и достаток…

Но вот собирается человек в Ялту, а тут — трамвай. И Аннушка со своим маслом.

Мимо проносились поля, Игорь вспоминал.

Свадьба в Греции, две райских недели. Новоселье. Долгое ожидание ребёнка, потом — радостная весть. Спокойная, без сохранений, беременность. У Ники были лучш