Теперь он со своими собратьями должен был остановить орков, и Белдред Трусилвер скорее умрет, чем позволит налетчикам снова ускользнуть. Далеко впереди он увидел серебряную вспышку. Возможно, это Даг Иллас, такой же разгоряченный, как и Белдред, бросил своё копьё.

Раздался нечеловеческий вопль. Наконец-то! Они загнали орков! Теперь они были между пологими скалами и отрядом рыцарей.

Если Алусейр говорила правду, то орки прятались в чашеобразной долине, в которую есть только один вход. Белдред посмотрел за спину, на остальных всадников, не бывших членами Пурпурных Драконов, после чего издал боевой клич и пришпорил коня.

* * * * *

Хоть это было сложно, но Алусейр узнала мысленное послание Вангердагаста. Она получила телепатическое послание от придворного мага и знала, что ожидать посланца следует именно здесь и сейчас.

Алусейр поджала губы. Наверное, опять политика. Она подъехала к краю скалы и настороженно посмотрела на отряд орков. Интересно, что было в сообщении? Наверное, что-то очень секретное, раз лорд-маг воспользовался почтой и личным орлом.

Она надеялась, что орел приземлится как можно быстрее, чтобы не сильно отставать от остальных рыцарей. Принцесса обнажила кинжал, хранящийся на сапоге, и меч. В Каменных Землях никогда нельзя было чувствовать себя в безопасности.

Орёл спустился на землю, прижимая крылья к талии, после чего начал расти и растягиваться. Плечи орла увеличились в размере, а клюв начал медленно превращаться в человеческий нос. И вот уже спустя несколько мгновений перед принцессой стояла женщина в алом плаще. Алусейр заметила, что она постарела, но была все так же грациозна и изящна.

— Ласпира! — воскликнула девушка, бросая оружие и снимая перчатки. Она бросилась к женщине, широко раскрывая руки для объятий.

Женщина улыбнулась, но жестко ответила:

— Я рада видеть вас, Ваше Высочество, но я принесла срочные вести.

Алусейр нахмурилась. Видимо, Ласпира принесла плохие новости, но, тем не менее, принцесса бросила латные рукавицы на землю, обняла колдунью и поцеловала её в щёку.

— И все равно я рада тебя видеть. Как там поживает отец?

Ласпира тяжело вздохнула и опустила голову, доставая из-за спины широкое блюдо, украшенное рунами.

Проклятье. Алусейр знала, что это сообщение предназначено для неё. Она взяла блюдо и коснулась рун своими пальцами. Символы исчезли, а в голове принцессы зазвучал голос её отца.

— Дочь моя. Королевство в страшной опасности. Беро погиб, а я и Томдор держимся из последних сил. Не покидай Каменных Земель и не верь никому, кто будет говорить тебе, что я мёртв, только если это не скажет кто-нибудь из тех немногих, кому мы оба доверяем. Но если я погибну, ты не обязана брать на себя бразды правления, руководствуясь лишь тем, что я якобы хотел бы этого. Следуй зову сердца и знай, что я буду навечно с тобой, моя малышка. Да благословят тебя Боги, Алусейр.

Принцесса сглотнула и чуть не уронила блюдо. Ласпира взяла «письмо» и сказала:

— Прошу меня простить, Ваше Высочество, но я должна отлучиться по не менее важным делам. Да благословят вас Боги.

Колдунья поцеловала Алусейр в лоб, после чего превратилась в птицу и взмыла в небеса. Принцесса посмотрела на орла, улетающего в сторону солнца, пытаясь сдержать слёзы грусти и отчаяния.

Она не обязана была быть королевой и могла возложить эту обязанность на стеснительную Таналасту, которая будет отделять Алусейр от трона до конца своих дней. Бедная Тана.

Принцесса опустила голову. Она знала, что однажды настанет день, когда её отец умрет, но…

Нет. Сейчас она не могла страдать и скорбеть. На кону стояло благополучие Королевства.