— Какая интересная штуковина! — Лис приподнял украшение острием кинжала. — Вы точно уверены, что парень из свиты папского легата?

— Он вчера приходил, — утвердительно кивнул старший из воинов. — Приносил дар государыне от его высокопреосвященства — изукрашенный молитвенник работы константинопольских мастеров.

— Ишь ты! Занятно, занятно. Сам видел или кто рассказал?

— Сам видел. Пришел он, значит, и говорит: «Его высокопреосвященство посылает сей дар…»

— Ну, куда он его посылает, это понятно. Ты молитвенник сам видел?

— Видел. Этот, — воин указал на труп, — развернул парчу, а в ней — книга. Доски обтянуты наилучшим сафьяном. Замок и украшения переплета — золотые с каменьями драгоценными.

— Хорошо. Я понял. Дальше что было?

Франк пожал плечами.

— Да, почитай, ничего и не было. Передал молитвенник господину майордому и вроде как остался ответ поджидать. А уж как потом все получилось — не ведаю.

— Понятно. Чем дальше — тем страньше. Ау, команда! Вы там не позасыпали? Вы нас слышите?

— Так точно, — донеслось в ответ.

— Слышу, конечно, господин инструктор, — отозвался Бастиан. — Кесаря разбудил, мы уже на пути к вам.

— Смотрите, шо у нас вырисовывается. Некто принес драгоценную рукопись в подарок Гизелле. С понтом от кардинала.

— Понт — это мост? — поинтересовался Бастиан.

— Скорее уж, это от греческого «понт» — буквально «море разливанное». Представь себе, идет человек, а такое ощущение, шо целое море с китами и каракатицами движется навстречу.

— Признаться, мне трудно понять это, — печально вздохнул менестрель.

— Лучше не признавайся, а просто пойми. Потому как бросать понты или колотить их в нужном месте в нужное время — это тоже часть нашей работы.

Но вернемся к делу. С книгой есть две закавыки. Первая: никто сейчас достоверно не может сказать, действительно ли фра Гвидо Бассотури посылал этот милый презент вдовствующей государыне. И вторая закавыка: попал или не попал манускрипт в руки Гизеллы — еще предстоит узнать. А вот то, что он сперва очутился в цепких лапах Пипина, — кажется, непреложный факт. Так шо вполне может быть, с помощью этой книги на самом деле был подан некий знак майордому, ну и под благовидным предлогом ожидания, как там было в «Алисе»: «Шо скажет герцогиня?» — этот хмырь до поры до времени заныкался среди баронов, не привлекая внимания. Что дальше было — понятно.

— Прямо детектив какой-то, — отозвался Карел.

— Да хоть прямо, хоть криво — так оно и есть!

— Но мы же не будем заниматься тут расследованием? Это ведь не наша работа.

— Тю! Слезай — приехали! А чья? Будем дожидаться, пока местных жителей посетит светлая идея построить набережную Орфевр, а на ней возвести Сюрте Криминаль? Институтская бухгалтерия ни в жисть не согласится оплачивать нам такие командировочные.

— Но мы же оперативные работники, а не сыщики! — не унимался нурсийский престолонаследник.

— Ну, правильно, оперативники — стало быть, опера. Так шо, господин стажер, прекрати ныть, шо та комариха на мужниных поминках, и меряться, где чья работа. Наша задача — выполнить приказ Института, и все, шо для этого потребуется, хоть вилкой океан взбивать, в нее входит.