Морщинистые старики слабо приветствовали странников. Самый старый постучал палкой и велел беззубой старухе принести странникам воды и кускуса. Может быть, она рабыня, подумал Кунта. А потом старики, перебивая друг друга, стали рассказывать, что случилось с деревней. Как-то ночью пришли работорговцы и похитили или убили всех молодых людей.

– От твоих дождей до его! – указал старик на Оморо, а потом на Кунту. – Старики им были не нужны. Мы убежали в лес.

Заброшенная деревня практически погибла, прежде чем старики решились вернуться.

– Мы умрем без молодых, – сказал один из стариков.

Оморо внимательно выслушал, а потом медленно и размеренно проговорил:

– Деревня моих братьев в четырех днях пути отсюда. Там будут рады вам, деды.

Но старики лишь покачали головами:

– Это наша деревня. Нет больше колодцев с такой сладкой водой. Нигде не найти такой прохладной тени от деревьев. Ни с одной кухни не пахнет блюдами наших женщин.

Старики извинялись, что у них нет хижины гостеприимства, но Оморо ответил, что они с сыном с радостью будут спать под звездами. Той ночью, поев хлеба из своих свертков и разделив его с жителями деревни, Кунта лег на подстилку из зеленых упругих веток и задумался над тем, что услышал. Что было бы, если бы такое произошло в Джуффуре, если бы все, кого он знал, умерли или были похищены – Оморо, Бинта, Ламин, он сам… И баобаб обгорел бы, и дворы заросли бы сорняками… Кунта с трудом заставил себя думать о чем-то другом.

В темноте неожиданно послышались крики какого-то лесного зверя, ставшего жертвой жестокого хищника. Кунта думал о том, как люди ловят других людей. Вдалеке раздавался вой гиен – но гиены выли всегда. Им не было дела, идут ли дожди или засуха, голодный ли сезон или сезон урожая. Каждую ночь Кунта слышал их завывания. Сегодня ночью знакомый вой показался ему успокаивающим, и он провалился в сон.

Глава 19

– Хотели бы мы ответить вам, бабушка, – мягко сказал подошедший Оморо.

Умывшись и позавтракав, они двинулись дальше. Кунта вспомнил старуху из Джуффуре, которая бродила по деревне, всматривалась в лица людей и радостно сообщала: «Завтра придет моя дочь!» Дочь ее исчезла много дождей назад, и все об этом знали. Белый петух умер на спине, но все, кого она останавливала, соглашались с ней: «Да, бабушка, завтра!»

Солнце поднялось еще не слишком высоко, когда они увидели впереди одинокого путника, шагавшего по направлению к ним. За день до этого они встретили трех путников – обменялись улыбками и приветствиями. Но этот старик явно хотел поговорить. Указав туда, откуда он шел, путник сказал:

– Вы можете встретить тубоба.

Кунта даже дышать перестал.

– У него много людей, которые несут его груз…

Старик рассказал, что тубоб видел его и даже остановил, но хотел лишь узнать, где начинается река.

– Я сказал, что река начинается на самом большом расстоянии от ее конца.

– Он не обидел тебя? – спросил Оморо.

– Он был очень дружелюбен, – ответил старик. – Но кошка всегда съедает мышь, когда наиграется с ней.

– Это правда! – кивнул Оморо.

Кунта хотел расспросить отца о странном тубобе, который искал реку, а не людей, но Оморо распрощался со стариком и зашагал дальше – как всегда, не оглядываясь на сына. И сейчас Кунта был рад этому, иначе Оморо увидел бы, что сын обеими руками держит сверток на голове и хромает. Ноги его начали кровоточить, но он знал, что настоящие мужчины не обращают на это внимания и уж тем более не жалуются.

По той же самой причине Кунта скрыл свой ужас, когда чуть позже они свернули за поворот и наткнулись на семейство львов – крупного самца с роскошной львицей и двумя львятами.