– Вот таких королев мне и подавай, – сказал Коричневый Рыцарь, – хоть вам и тридцать шесть.

– А вы раньше спали с королевой?

– Спал, – ответил Коричневый Рыцарь. – На самом деле – с тремя. Надеюсь, это не похвальба. Вы меня спросили, и я ответствую честно и по-мужски. Королевы эти, возможно, и правили некрупными владеньями, но ведь все равно королевы. И вы – лучше всех.

– Я всегда была лучше всех, – сказала Гвиневера. – Всю свою жизнь.

– Неужто это Мордред – пляшет вон там, один в лунном свете?

– Он, и никто другой!

– А о чем он так пляшет?

– Зрелище столь своеобразно, столь беспрецедентно, что нам придется читать его пляску!

– Вот он кланяется влево, а вот он кланяется вправо, и вот он кланяется во фрунт!

– Как бы принимая овацию!

– Вот воздевает он правое колено – медленно, медленно, сцепляет он под этим коленом руки, а потом резко его целует!

– Какая самовлюбленность! Крайне омерзительно!

– Вот руками он как бы отталкивает что-то от себя, а левой ногой как бы пинает кого-то, отпихивая от себя прочь.

– Тем самым он демонстрирует отторжение себя от всяческих обычаев того народа, что ходит по земле!

– Он подпрыгивает, бегает, подпрыгивает, и бегает, и подпрыгивает!

– Да и себя при том непомерно превозносит!

– Вот он скачет взад-вперед по сцене, или по тому, что было бы сценой и было сценой, правая нога его вытянута, а руками он делает обруч или круг у себя над головой!

– Это ж он корону изображает!

– Тьфу, тьфу! Вопиющая измена вытанцовывается тут перед нами!

– А вот он будто считает – указательным пальцем правой руки тычет в большой, указательный, средний, безымянный и мизинец левой!

– Это он сокровища Англии подсчитывает!

– А вот показывает, как карабкается по лестнице – все выше, выше и выше!

– На вершину всего мира, никак!

– Отчего же ум его мог столь изогнуться и разложиться?

– Глаза его – что головы шепелявых змей!

– Иногда плюются глаза эти, а иногда сочатся какой-то жуткой субстанцией…

– Упаси Небеса меня от того, чтобы слова мои были истолкованы как оправдание Мордредова поведения, но…

– Но что?

– Артур же действительно пытался его убить, когда Мордред был ужасающе юн!

– Так ведь это Мерлин напророчил, что Артура уничтожит тот, кто родится первым майским днем!

– Артур всех детей, рожденных в первый день мая знатными дамами от знатных лордов, посадил на корабль!

– И корабль отплыл под аккомпанемент жизнеутверждающей музыки!

– Артур ведь очень любит музыку, причем – любого сорта!

– И корабль этот весь раскололся о подводные скалы! Намеренно!

– А это уже граничит с вероломством!

– Мордреда же выбросило на берег, и он спасся!

– И выжил, и стал такой вот омерзительной тварью!

– Подумать только – этот человек ныне воссел на трон власти!

– О черный день Британии!

– И день грядет еще чернее!

Ланселот что есть дури колотя по шлему Желтого Рыцаря. Стороны обмениваючись яростными ударами. Преимущество – то у одной стороны, то у другой.