— Ваше высочество…

Я вскинул брови. Лавиния была словно облачное видение. Очаровательна, воздушна, восхитительно невинна в белом платье. Только одна алая роза на корсаже.

— Госпожа?

— Вы составите мне компанию во время прогулки по саду?

Я усмехнулся.

— А почему этого не сделает ваш жених?

— Ах, он занят.

Легкое пожатие плеч, от которого грудь ходит ходуном. По идее, я должен был воззриться на нее. Наверное.

Восхититься, вдохновиться… Но в душе царило холодное равнодушие.

— Мне не хотелось бы, чтобы Андрэ ревновал.

— Он и не будет. Мы ему не скажем, — 'успокоили меня'. Час от часу не легче.

— Чего вы добиваетесь, госпожа?

Девушка скользнула ко мне, положила ладони мне на грудь, чуть раздвинула пальцы.

— А — алекс…

Губки приоткрылись, язычок призывно скользнул по ним, девушка учащенно дышала, придвигаясь все ближе.

— Ты меня заинтересовал сразу же. Но ты та — акой неприступный…

И в следующий миг в меня впиваются поцелуем.

Хищным, жестким, внезапным…

Искушающий!

И я готов поклясться, что язычок, скользнувший в мой рот… раздвоенный?!

Дальше мое тело действовало без участия разума.

Схватить девушку за шею, оторвать от себя, отбросить…

— Ты кто?

Сейчас Лавиния вовсе не походила на воплощение ангела чистоты и невинности. Карие глаза блеснули хищной желтизной, губы искривились в улыбке, обнажая вполне отчетливые клычки, раздвоенный язычок выскальзывал изо рта.

— Я — ссс?

Я вгляделся пристальнее — уже иным взглядом.

Да нет, обычная аура. Но почему так?!

Болван!

— Амулет, — вырвалось у меня. — Ты скрываешь свою ауру… но ты не демон.

— А кто ты? Ты тоже не человек!

Лавиния успокаивалась. Вот уже и клыки исчезли, и речь стала похожа на человеческую…

Я усмехнулся.

— А вот это не твое дело. Впрочем. Могу попробовать догадаться. Ты не вампир, иначе не носила бы серебро так спокойно. Но что‑то в тебе от них есть.

Сейчас я уже глядел на нее другими глазами. Да, красива. Но ее привлекательность больше ее красоты.

Она обворожительна, притягательна, восхитительна… но не как человек. А кто у нас?

— Полусуккуб? Так? Хотя скорее твой отец был инкубом.

Лавиния зло зашипела.

— Не твое дело.

— Да неужели?

Я сделал шаг к девушке. Лавиния отшатнулась, но я‑таки успел схватить ее за руку. Много мне было и не надо. Одна небольшая царапина. Только капелька крови.

— Пусти!!!

Я отпустил. Но для нее все равно было уже поздно. Теперь я легко узнаю, кто она. Кровь — это жизнь, знание, сила…

Лавиния сверкнула на меня ненавидящими глазами, исчезая в парке. А я промокнул капельку крови носовым платком и пошел искать друга.

Кто ее знает, хищницу.

Конечно, Томми мне не поверил. Да и кто бы поверил?

Пришлось попросить, как человека. Приятель пожал плечами и согласился посидеть в покоях, пока я не разберусь с проблемой.

Я разобрался той же ночью. Просто призвал охотника.

Адские гончие — не просто собаки. Так и охотники — не просто демоны.

Он явился очень быстро — и поглядел на меня темно — красными глазами. Высокий, нескладный, похожий на паука — сенокосца, в облаке тумана, который не позволял разглядеть лица — неуклюжая фигура, если не знать, насколько он бывает быстр и стремителен.