Я позволил проводить себя в предназначенную мне комнату в гостевых покоях, и сказал слуге, чтобы в неё в ближайшее время никто не входил, так как я нуждаюсь в небольшом отдыхе.

На самом деле мне нужно было немного времени, чтобы телепортом метнуться в свой дом в Белговорте и привести себя в порядок после сегодняшней морской гонки.

Сумел и успел.

Минут через тридцать я был готов предстать перед обществом, как положено по статусу.

Я знал, что в ближайшее время мне предстоит столкнуться с аристократическими интригами, которые скрываются за внешним блеском и роскошью. Герцог Орейро был мастером манипуляций, а его нечастые вечерние мероприятия почти всегда собирают самых влиятельных людей Империи Конти.

Вернувшись в замок, я направился к залу, где уже собирались гости. Входя в помещение, я почувствовал, как атмосфера наполнилась шёпотом и смехом. Я заметил герцога Орейро, который с улыбкой приветствовал своих гостей. Его манера общения была безупречна: он умел завоевывать доверие и вызывать симпатию.

— Рад видеть вас, мой дорогой друг! — произнес он, поднимая бокал с вином. — Как приятно, что вы смогли появиться даже раньше обещанного.

— Ваше Высочество, — ответил я с легким поклоном. — Честь для меня быть здесь, — постарался я быть кратким, и вовсе не желая затевать беседу здесь и сейчас.

Не вышло.

Мы обменялись любезностями, и вскоре разговор зашёл о делах Империи. Я заметил, как вокруг нас собираются другие гости, прислушиваясь к нашей беседе. Герцог ловко манипулировал темами, подводя к тем вопросам, которые ему были выгодны.

— Как вы считаете, нашему Императору стоит обратить внимание на недавние события на южных границах? — спросил он с искренним интересом, — Понятно, что включая в этот список ваш остров.

Я задумался. Ситуация была напряженной, а вопрос оказался не так прост. Многие аристократы найдут способы использовать мой неверный ответ в своих интересах. Но я не собирался никому давать повода для манипуляций.

— Я полагаю, что прежде чем подводить итоги и делать выводы, следует собрать больше информации и предоставить её тем, кто уполномочен на принятие решений такого уровня. А я пока ещё не так опытен в вопросах политики, чтобы обсуждать столь серьёзные вопросы, — ответил я крайне осторожно, изображая из себя этакого тупенького верноподданного, абсолютно непонятно каким образом получившего на грудь не самый маленький Знак Инквизиции.

А что? Беспроигрышная позиция, с какой стороны не посмотри.

Герцог кивнул и улыбнулся, но в его глазах мелькнула тень недовольства. Я понимал: Орейро ожидал от меня более решительных высказываний. Но я не собирался становиться пешкой в его игре и актёром его спектакля. Так что, птица Обломинго кое к кому сегодня прилетела. По крайней мере я не дал себя запустить в непонятные мне игры и интриги.

Вскоре разговор перешёл к менее серьёзным темам — музыке и искусству. А потом появилась она – Юлиана, младшая дочь герцога.

Юлиана вошла, как будто сама природа решила поднести зрителям цветочную метафору. Её белоснежное платье свободно струилось, контрастируя с глубокими оттенками зала. Взгляд её ярко-синих глаз ослепил, и на мгновение я забыл о своих хитросплетениях. Девушка была воплощением искусства, о котором так много говорилось, и я не мог не почувствовать, как напряжение зала вдруг сменилось, невольно начиная спадать.

— Здравствуйте, — произнесла она, обращаясь ко всем присутствующим, и кратко остановила свой взгляд на мне, оставив в воздухе незаконченный вопрос. Я задался мыслью: случайно или нет она обратила на меня внимание окружающих, продемонстрировав свой интерес.

Разговор вновь завёлся, но теперь он стал более живым и задорным благодаря её присутствию. Молодёжь засыпала нас весёлыми историями из столичной жизни, и я наконец почувствовал себя расслабленным.