— Чего грустишь? — глядя ему в глаза, задал я простой и понятный вопрос, когда мы ополовинили второй бокал.

— Боюсь, ты не поймёшь, — попробовал он отмахнуться от меня, но я требовательно постучал пальцем по столу, — Ну, ладно. Я привык быть кормильцем семьи и главным. А кто я сейчас? Живу в доме сына. Работаю на жену. Чувствую себя, как слуга на подхвате. Пойми, я так не умею жить!

— Хочешь своё дело? Как насчёт гвоздей?

— Втиснуться на рынок Белговорта? Да меня местные купцы враз сожрут и не подавятся. Они здесь целыми поколениями своё дело ставили.

— А если это будут корабельные гвозди?

— Бронзовые? Ты шутишь. Даже у тебя денег не хватит, чтобы войти в это дело.

— Разве я что-то сказал про бронзовые? — наполнил я бокалы по третьему разу.

— А какие ещё? Железо в морской воде долго не живёт.

— Обычное железо, — поднял я палец на одной руке, а второй отсалютовал отцу бокалом.

Намахнули.

— А что, бывает другое?

— Конечно бывает, но речь сейчас не об этом. Сколько времени и денег тебе потребуется, чтобы быстро получить патент на железные гвозди, защищённые от разрушения морской водой?

Вопрос я задал вовсе не праздный. Интерес к нему у меня возник ещё в момент выбора карбы. Именно тогда я услышал, что местные бронзовые сплавы теряют в морской воде до половины своего веса за пять-семь лет. Оттого карбы старой постройки покупать нет никакого смысла. Как только морская вода съест шляпки бронзовых гвоздей и само их тело, то того и гляди, твоя покупка изукрашенной карбы неожиданно может превратиться в тыкву. Ремонт обойдётся дороже стоимости покупки и вовсе не факт, что он будет удачным.

— Не меньше, чем в полторы тысячи золотых, если делать быстро. Двести золотых за саму лицензию и, думаю, не меньше тысячи уйдёт на чиновников. Иначе на год дело затянется. Но я тебя пока не понял.

— Теперь уже только завтра всё покажу. Раз ты всю жизнь продавал гвозди, то скоро начнёшь продавать лучшие, — разлил я по бокалам остатки вина.

Горячая оцинковка. Скорей всего — двойная. Иначе слой цинка будет тонковат и до уровня бронзы эти гвозди не дотянут. А так — вполне себе продукт, и что характерно, раза в три-четыре дешевле бронзовых гвоздей выйдет.

— Хм. Тысяча на взятки за скорость? Дорого. Давай-ка лучше деньги пока придержим и пустим всё обычным порядком, но сначала опыты. Завтра я тебе покажу, как всё правильно делать, а дальше сам думай. Мне главное — чтобы ты процесс понял и идею ухватил. А уж как ты её в патенте изобразишь, и под каким соусом начнёшь продавать, тут не мне тебя учить, — откровенно врал я отцу на чистом глазу.

Понятное дело, что мне бы нашлось, что сказать в любом из этапов выдвижения товара на рынок, но дело не в товаре, а в спокойствии отца.

Пожалуй, впервые в жизни он почувствовал себя примаком на чужом празднике.

Вот и пусть займётся своим делом, тем, на котором он собаку съел. Гвоздями.

Моё дело — завтра на самой большой спиртовке нагреть высокий узкий тигль с кусочками цинка, примерно градусов под пятьсот, пока цинк не расплавится, и окунуть туда несколько гвоздей.