Нет, соврал, ещё служанки были, горячие напитки и вина с закуской принесли, но не более того.

Зря обе дамы надеялись, что я возьму на себя инициативу разговора, начав их расспрашивать о причинах визита. Ради приличия, я с ними поздоровался и предложил отведать наши замечательные вина, чем, собственно сам и занялся, наглухо игнорируя парочку дам, начинающих делать нервы. Слава Релти, пока что себе.

— Ларри, моя тётушка совершенно неожиданно посетила нас, и была крайне взволнована, когда я ей рассказала про кулон твоей матери. Она у нас знаток всех религиозных украшений и очень бы хотела увидеть этот кулон своими глазами.

— Поздно. Боюсь, я никак не смогу удовлетворить её интерес, — начал я тщательно выбирать для себя тот ломтик сыра, который бы соответствовал идеалу после выпитых мной пары глотков вина, — Даже ради наших деловых отношений.

— И что же вам мешает? — сарказмом старшей майри можно было бы намазывать бутерброды, перед тем, как положить на них основную начинку.

— Полагаю, моя порядочность, — равнодушно пожал я плечами, — Во время последнего визита в свой банк я не только сдал им все драгоценные вещи, но и уже заполнил экземпляр аукционного договора, на основе которого рассматриваю возможность выставить интересующий вас кулон на столичный аукцион. Фактически, банковские документы мной уже рассмотрены и подписаны, осталось лишь заверить их подписями банка.

Ага. Я действительно заполнил и подписал ту форму на услугу представления на аукционе, которую у банковской служащей вымог. Но вот вовсе не факт, что я её в банк понесу, а не порву в клочья, как только нежданных гостей спроважу.

Вот он — блеф!

Я ни разу не соврал, что и подтвердили взгляды обеих майри. Одна на кольцо смотрела, другая на браслет свой пялилась, думая, что они обе такие таинственные, ловкие и непредсказуемые, а я, периферийный лошок, ни за что не догадаюсь, что они меня на ложь проверяют.

То ли дело моя пирамидка студенческой работы… Стоит рядом с ними, тканевым экранчиком от обеих женщин прикрытая, и они даже не заметят, если она вдруг цвет поменяет. Что характерно — никакого палева с моей стороны. Мне даже глядеть пристально в ту сторону не нужно. Могу, тупо, украшения старшей майри обозревать, а боковым зрением цвет своего артефакта отслеживать.

Вот что значит — своя территория. Это я к тому, что пригласи меня майри на разговор в какую-нибудь кафешку, и некоторые мои заготовки могли не сработать.

К примеру, такие, как сейчас, когда две служанки принесла салаты на подносах.

Я-то знаю что парочка салатиков приготовлена с местным подобием редкого сорта редьки, на которую у племя майри жуткая аллергия. Им одного запаха хватает. Потом сопли, слёзы и красные глаза. Ну, это не вдруг будет, так что я ещё успею с ними поговорить, но вряд ли их хватит надолго

Вот она — сила знаний! Недаром мы с Федром потеряли четыре часа в библиотеке, изучая эту специфическую народность. Очень много интересного про майри узнали.

— Ларри, я правильно тебя поняла — ты собрался продать кулон?

— Абсолютно верно. Если ваш интерес не спадёт, то где-то в начале зимы в столице пройдёт очередной аукцион, где этот кулон будет выставлен на продажу.