А уж мы с Федром без визитёрш теперь редко когда останемся.

— Ларри, пока мы думаем, можешь мне подсказать, откуда у тебя уверенность в каких-то других покупателях, кроме одной-двух майри?

— Могу, но прошу учесть, что это уже чисто мои рассуждения, и никакого отношения они к Дару Предчувствию не имеют, — заранее выгородил я себе поляну для домыслов, — Во-первых, кулоном заинтересуются коллекционеры. Богатых людей в Империи много. Пятьдесят тысяч золотых — это цена далеко не самого пафосного особняка в столице, скажу больше, это будет очень скромный домишко и далеко не в центре. Теперь сами подумайте, если человек решил похвастаться богатством, он что, будет скупать особняки? Да никому нет дела, сколько их у него, десять или пятнадцать. Деньги потратит, а славу не заработает. И совсем другой вопрос, когда он за приличную сумму купит на аукционе божественный артефакт.

— Прямо-таки божественный? — «тётушка», проглотив комок в горле, задала свой вопрос с изрядной натугой.

— О! В этом-то и прелесть! Несомненно, появятся желающие оспорить заключение экспертов, которые, как вы понимаете, осматривают перед продажей все товары, выставляемые на аукцион.

— Пока не понимаю. Что в этом хорошего? — призналась «тётушка».

— Начнутся споры и скандалы, которые продлятся не один год, и каждый раз они будут попадать на новостные полосы газет. Хотите вы того или нет, но через полгода любой житель столицы будет знать, как зовут покупателя скандального кулона.

— Хм. Видимо я давно столицу не посещала.

— Если с вопросом приобретения славы коллекционерами всё понятно, то второй слой покупателей я себе вижу из майри, но не наших.

— В каком смысле?

— В самом прямом. За последние десять лет ваш остров покинули не только больше десятка знатных Семей, но и четыре вполне себе полноценных Рода. По некоторым сведениям, сбежали они далеко не бедными, да и на новой Родине неплохо устроились.

— Надо же, какие знания о нас, скромных, можно услышать в глубокой провинции от обычного деревенского парня, — «тётушка» не сдержала сарказма, слегка позабыв о том, что выпадает из рамок приличия и не следит за своими словами, — Может, ещё что-то расскажешь?

Движением бровей, я обозначил своё удивление нашей будущей деловой партнёрше от услышанного, и с удовольствием стал дожидаться новых перлов от её «родственницы», решив ей немного подыграть.

— Хотите услышать от меня то, что не расскажут вам самые мудрейшие из вас?

— Это было бы занятно. Твоё Предчувствие способно предсказать наше будущее?

— Даже не сомневайтесь. Ни на йоту не ошибусь, — использовал я одну из мер этого мира, случайно совпавшую по своему примерному звучанию и смыслу с моим.

— И твоё предсказание можно будет проверить?

— Оно неотвратимо сбудется.