— Я правильно понимаю, что вам нужен крупный жемчуг примерно одного размера и качества? — вмешалась в беседу вторая майри, предварительно получив разрешающий кивок от Великой.

— Да, вот такой будет в самый раз, — показал я на ладони одну из жемчужин, которые мы получали за инициацию девушек из майри.

— Не удивляюсь, что вы выбрали именно эту. Их я сама отбирала, и тщательно.

— Срочно мне нужна сотня таких же, — отбросил я все условности к чёртовой матери, и начал пробираться к конечной цели, словно медведь, почуявший мёд, — С остальным можно повременить.

Да, его жалят, кусают, пчёлы прямо в глаза норовят тяпнуть, а он сопит да лезет.

— А мне нужно двадцать инициированных ныряльщиц, — быстро нашлась переговорщица номер два.

— Десять, и я вам расскажу полную программу по жемчугу, — не остался я в долгу.

— Ой-ёй, что же там может быть? Наверняка нечто малоинтересное.

— Как сказать. Цена за калиброванный жемчуг будет заметно выше, но половину этой надбавки вы потратите на приюты.

— Э-э-э… Какие ещё приюты? — слаженным дуэтом проговорили обе дамы, и лишь потом переглянулись, так до конца и не поняв, о чём речь.

— Вы построите приюты для девочек, которых сейчас используют в борделях, специализирующихся на детской проституции.

— А нам это зачем? — задала вопрос Великая, после чего я на неё глянул с сомнением.

Простовата. Не умеет быстро просчитывать глубины стратегии.

Уж не знаю как, но правительница моё впечатление о ней уловила и нахмурилась.

— Причин для создания приютов не просто много, а слишком много. Можете начинать загибать пальцы: во-первых, вам это ничего не будет стоить, так как флот оплатит надбавку, оговорённую, между нами, и не вякнет, и её хватит на создание и содержание приютов. Во-вторых, вы заработаете политический капитал, дав понять людям, что страдания человеческих детёнышей вам вовсе не чужды, а на самом деле сможете воспитать верных представителей, которые будут потом представлять и акцентировать ваши интересы, став представителями от вашей народности. В-третьих, я буду спокоен. Детские приюты в Империи у меня доверия не вызывают. Своими глазами видел, как детишек из них привозили на обслуживание празднества какого-то чиновника. У вас такого не будет. — Довольно самоуверенно заявил я, имея в виду, что остров населён женщинами.

Но вот не то, чтобы тень сомнения, а само сомнение легло на лица моих собеседниц.

— Что, и среди майри есть такие, которые больше детишками интересуются, чем противоположным полом? — понизив голос, задал я вопрос.

Великая никак не отреагировала, а вот вторая чуть заметно кивнула.

— А что у вас с законом? Допустим, лет пятнадцать каторги за каждую малышку случайно не предусмотрено?

Вторая в ответ лишь головой помотала.

— Год, и то в крайнем случае, если были нанесены серьёзные повреждения, опасные для жизни, а так лишь штраф в пятьдесят золотых, если она неодарённая, — сообщила она, покосившись на безмолвную Великую.

— Поправить закон можно? — упёрся я взглядом в переносицу Великой Матери.

Очень удачный ход. Мой взгляд ей не поймать, и в то же время, вместе с заданным вопросом, он работает, заставляя её нервничать.

— Можно, но не так быстро. Придётся провести его через Большой Круг, а там у нас ситуация спорная. Ни мы, ни оппозиция, большинства голосов не имеем.

— Неужели кто-то будет голосовать против существующего насилия над детьми?

— За всех не скажу, но Главы двух Кланов, вполне возможно. Замечены некоторые из них в таких пристрастиях, а у них имеются рычаги влияния на другие Кланы, которые, в свою очередь, будут тщательно изучать, чью сторону им выгодней выбрать.