— Вот ты какой, проклятый бог, — оценил он меня.

А потом солнце окружающей его стихии Смерти начало сжигать меня, а я ничего не мог поделать. Вокруг не было воздуха, не было других стихий, даже само время как будто усохло, и энергия из моих алтарей будущего стала течь не больше, чем тонкая струйка воды по высохшему руслу ручья. Я терпел, ожидая, что Кафра вмешается — это было бы так удачно, проверить ее силу и намерения — но девушка-дух словно пропала. Мое время стремительно приближалось к концу, и тогда я был вынужден пойти на крайние меры. Как и во время недавнего испытания я выпустил наружу свои стихии. Их внутри меня оставалось совсем немного, но для создания искр объем не имел особого значения.

Довел количество стихий и алтарей в организме до нуля, потом как будто открыл заново — и вуаля. Все недавние раны исчезли, словно бы их и не было. Мой водоворот Зла, уже было опавший, снова взлетел до небес, разнося окружившую меня и Короля мглу Смерти. И в тот же миг я снова увидел Поля. Башни не было — столкновения стихий стерли ее в порошок, и теперь на голой траве стояли мы с Маликолусом, а чуть в стороне все остальные. Ближний круг — мой отряд, внешний круг — остальные вороны. И все глаза были сосредоточены только на нас.

— Вот теперь ты достаточно силен, чтобы я помогла тебе, — неожиданно за спиной раздался шепот, и я с трудом сдержался, чтобы не ударить в ту сторону, лишь в последний момент узнав Кафру.

— Ты! — яростно выдохнул Маликолус.

Остальные вороны тоже были явно поражены, узрев духа своей башни вживую, а главное осознав то, что она помогала совсем не им, а чужаку. Более того, чужаку, уничтожившему их дом.

— Иногда стихии становятся разумными, и порой их мысли совсем не похожи на наши, — вмешался я, добавив своему противнику ярости. — И тут я с тобой полностью согласен, это такой геморрой. Давай!

Последнее слово относилось к Кафре — та на этот раз не стала класть на меня руку, а обняла, прижавшись со спины всем телом, и в тот же миг искры моих стихий вспыхнули как будто даже ярче, чем когда-то в будущем. Первым делом я добавил своему покрову Шагов, потом создал его копию и растянул в пространстве, чтобы связать Короля воронов, но тот меня опередил… Не став больше ничего делать, он только еще раз смерил меня с Кафрой яростным взглядом, недовольно щелкнул зубами и исчез. А следом за ним стали растворяться в пространстве и остальные воины клана, оставляя на руинах своей башни только нас — меня и мой маленький отряд.

И Кафру… Девушка отпустила меня и сейчас парила в воздухе, не обращая внимания ни на кого поблизости, а пространство вокруг нее пульсировало, словно набухший нервный узел. Подумав, я решил не мешать ей, а позволить довести дело до конца — самому же интересно, что у нее получится — и отозвал всю собранную до этого стихию Зла. Та как будто попробовала сопротивляться, но я усилил напор, и мои алтари подчинились. Вокруг нас осталась только Смерть, и Кафра, которая все это время словно только и ждала этого момента, свела руки вместе.

И в тот же миг недавно разрушенная нами башня снова взметнулась вверх. Только на этот раз вокруг нее не было черной плесени-крыльев, и по размерам, хоть снизу и нельзя было рассмотреть ее вершину, она казалась крупнее и массивнее.

— Это что, мы зря башню ломали? — тихо спросила Дайя.

— Тише, разве не видишь, она теперь другая? — ответила ей Шелли.

Тут я заметил, что у ног девочек лежит труп духа, который до этого был прикован рядом с Кери-Доном. Они зачем-то прихватили его с собой, но сейчас у меня пока были более важные дела, чем разбираться с добычей сестер Санни.