Для всех Короли должны быть небожителями, они не могут проявлять обычные эмоции. Но они все равно вырывались наружу. К счастью, как раз для подобных случаев стихия подарила им последний закрытый этаж башни. Тут они могли на несколько минут или часов в день снова стать собой, но потом, стоило им спуститься вниз, туда, где их могли видеть духи и боги, маски снова начинали прикрывать их лица.

Маска… В памяти Асуколус невольно промелькнули картины прошлого. Ее первая открытая из четырех кусков легендарных монстров маска, их с сестрой охота на первого бога, его теплая кровь, текущая по губам и зажмуренные от ужаса глаза. Народ рукоплескал своим хранительницам, избавивших мир от кровавых жертвоприношений. Но тогда Асуколус уже думала только об одном. Их бог был трусом. И все же это означало, что должны быть другие. Сильные, великие, аристократы, такие же, как она…

И тогда маленькая девочка, вырвавшая сердце своего противника после того, как тот подарил ей свой алтарь за право жить, приняла решение. Она пойдет вперед и никогда не остановится! И она шла! Бросила семью, родину, всех — но шла и не останавливалась! Ее путь вел девушку через внешние миры, через трущобы Каррии, через особняк в среднем городе и готовность отказаться от всего ради высшей силы — доступа к стихии самого демиурга… Настоящей силе аристократов!

Вот только кто бы знал, что все это окажется обманом. Все слова Атона были ложью, она не стала сильнее. Сильнее стала ее стихия, но не сама Асуколус, и это было очень обидно!

Королева подняла руки, словно собираясь погрозить небесам, и на тонких запястьях вспыхнули такие ненавистные кандалы. Чертовы цепи, которые удерживали Кровавые поля рядом с Каррией и не давали им разойтись и уничтожить друг друга. Вот только они же не давали и всем, кто тут живет, почувствовать настоящую свободу…

Когда-то это сказала Асуколус ее сестра, когда нашла ее через тысячу лет после того, как в детстве их пути разошлись. Она рассказала, что поможет им добиться истинного величия, и девушка поверила. Зря! Хотя сначала все вроде бы и работало. Она убила себя в специальном ритуале, и Асука смогла устроить ей дуэль с одним из Королей башен. При этом тот почти не мог пользоваться своей силой. Тогда это казалось чудом, потом же, когда Асуколус узнала, что ее сестра была хозяйкой этой башни Жизни, удивление прошло. Наоборот, было бы удивительно, если бы та не смогла связать стихию доверившегося ей духа и помочь сестре подчинить себе его клан.

Богам нельзя доверять, говорят духи, и они абсолютно правы.

Вот только нельзя доверять вообще всем богам! Даже сестрам! Ее ловушка оказалась самой красивой, но и самой крепкой — дальше двигаться было некуда. За год после победы Асуколус успела осознать все. Сначала она наслаждалась властью и подчиняла себе духов башни, потом поняла, что застряла тут навсегда, потом пыталась вырваться, но в итоге только выбивалась из сил и теряла лицо перед замечающими все это лейтенантами и рядовыми.

И тогда Асука, которая скрывалась от нее все это время, снова показалась. В этот раз, зная, что Королева уже готова, она и рассказала, как именно предлагает все изменить. Не за счет власти над башней, но за счет того, что они ее разрушат. Пустят в Кровавые поля силу Вечных равнин. Асуколус сразу отказалась, но тогда словно из воздуха появился ученик проклятого Атона, который начал охоту именно за ее кланом и даже смог подчинить себе одного лейтенанта. Это было более чем прозрачным намеком, что ждет Асуколус, если она пойдет против сестры.

И она согласилась. После чего сразу же безупречно удачные вылазки Самайна оборвались чередой неудач. А в башню через проводимые Королевой ритуалы начали проникать воняющие смрадом ручейки стихии Бездны. Асуколус хотелось остановиться, но она уже не могла. Королева чувствовала, как эта сила меняет и башню, и ее саму. Невольно возникали мысли, как же держится Асука, но сестра не отвечала на ее вопросы.