Молодой Бедвир отыскал нужную часть стены, представлявшую собой кучу камней, довольно широкую, но низкую. Лютиен повернул Ривердансера, отъехал подальше в поле, затем круто развернулся и направился прямо к цели. Сиоба скакала бок о бок с ним, а позади неслись эльфы.

Лютиен увидел, как циклопы подняли копья и пики, подождал до последнего момента, затем резко натянул поводья Ривердансера и развернул его влево, тогда как Сиоба поскакала вправо.

Тем самым путь для эльфийских лучников был открыт. Десятки стрел взвились в воздух, большинство ударилось о камни, но многие попали в цель. Защитники города отскочили, кто-то упал мертвым, кто-то раненым, кто-то просто свалился от страха, а Лютиен и Сиоба призвали своих друзей и снова бросились вперед. Юноша напрягся, приподнялся в седле и сжал коленями бока коня. Он склонился над гривой коня, посылая того вперед, прямо в центр груды камней. Могучий жеребец взвился вверх, легко взяв препятствие высотой в четыре фута, и Лютиен оказался в Пипери.

Сиоба влетела следом, и они, развернув лошадей, галопом помчались по дороге. Лютиен увидел двух бегущих циклопов и немедленно расправился с ними — одного затоптал Ривердансер, другого срубил «Ослепительный». Младший Бедвир, ухмыляясь, обернулся к Сиобе, желая сообщить, что он открыл счет на сегодня; однако юноша тут же передумал, увидев, что Сиоба тем же способом уложила двоих.

Циклопы в ужасе скрючились у основания низкой стены, через которую один за другим перелетали всадники: двадцать, пятьдесят, девяносто… Ни один из них не задержался, и наконец циклопы смогли встать, думая, что они спасены, и надеясь удрать.

Но прежде чем они успели подняться по первым камням, стена Пипери, казалось, выросла на несколько футов, потому что циклопов встретили сотни пеших воинов Эриадора.

Хаос выплеснулся на улицы Пипери: во все стороны мчались всадники, циклопы пытались собраться в оборонительные группы, но прежде чем им удавалось это сделать, они в большинстве случаев замечали, что половина группы уже убита. Однако кое-где оставались участки упорного сопротивления, особенно на севере, куда и отправились Лютиен, Сиоба и около шестидесяти всадников.

Зажатые между сильными отрядами группы оборонявшихся циклопов быстро рассеялись, каждый одноглазый думал уже только о собственном спасении. Их убивали поодиночке.

Именно Лютиен самолично распахнул северные ворота города, и король Беллик дан Бурсо, уже находившийся рядом с ними, вошел в городок. Лютиен приветствовал его, а потом снова вскочил в седло и подал руку королю, чтобы помочь невысокому гному вскарабкаться в седло и сесть позади. Бой быстро угасал, превращаясь из общей схватки в преследование одиночных циклопов, и Лютиен с Белликом отправились осматривать поле сражения.

— Не слишком сильная оборона, — фыркнул король гномов, обнаружив, каким тонким был оборонительный ряд. Тела циклопов — почти одних циклопов, с удовольствием отметил Лютиен — растянулись тонкой линией, как правило по одному или по два.

— Где же они все? — спросил гном. — Неужели из города ушло больше народа, чем мы рассчитывали?

Однако Лютиен догадывался, куда ушли остальные защитники Пипери. Он выстроил свой кавалерийский отряд, и они рысью отправились на юг по главной дороге к развилке, на которой стояла городская церковь.

Когда все воины собрались вокруг церкви и слегка угомонились, они услышали тихое пение множества голосов, доносившееся изнутри.

Беллик спешился и выстроил своих гномов и солдат Эриадора, велев привести сюда пленных. Лютиен тем временем медленно объехал вокруг церкви, успокаивая своих рвущихся в бой товарищей.