— Мы просили мира, — объяснил он. — В надеждах на лучшее некоторое время назад в этом же году мы подписали в Принстауне документ, обязывающий обе стороны хранить мир, — от лица короля эйвонского Гринспэрроу документ подписала герцогиня Диана Велворт.

— Обязывающий хранить мир! — громко повторил де Жюльен, обвиняюще подняв палец и, казалось, готовый рвануться вперед.

Оливер послал ему воздушный поцелуй, эта мелочь на мгновение отвлекла внимание посла, чем немедленно воспользовался Бринд Амор.

— Договор разорван! — взревел король Эриадора, сделал шаг вперед, и ошеломленный Жюльен отступил, споткнулся и чуть не упал. Бринд Амор остановился, но его слова пронеслись по залу подобно могучему урагану. — Договор разорван, нарушен циклопами, которые служат вашему вероломному королю! Договор разорван из-за невинных эриадорцев, погибших в деревушках у подножия Айрон Кросса!

— Разорван! — бушевал Бринд Амор, делая жест в сторону гнома с суровым лицом, спокойно сидевшего на втором троне. — Из-за крови, пролитой гномами Дун Дарроу!

— Не будьте дураком! — взмолился де Жюльен. — Нам надо еще сражаться с хьюготами и многими другими…

Бринд Амор взмахнул рукой, и напуганный посол умолк.

— Мы, эриадорцы, столкнулись ныне с более опасным врагом.

Затем, решив продемонстрировать свой главный козырь, Бринд Амор снова подал знак двум стражникам, стоявшим у бокового входа в зал.

Дверь вновь отворилась, и два эльфа втащили жалкого Ресмора.

Фелиз задумчиво отступил назад, теребя свою модную бородку.

— Теперь ты знаешь своих врагов, глупая пешка в руках Гринспэрроу, — сказал Бринд Амор де Жюльену. — Возвращайся к своему королю. Война стоит у тебя на пороге!

Эйвонский посол в ужасе выбежал из зала, но Фелиз остался, действительно очень заинтригованный.

— Это друг Гринспэрроу? — спросил он, указывая на Ресмора, который скорчился на полу, почти теряя сознание от страха.

— Это герцог Ньюкасла, — ответил Бринд Амор. — Которого Гринспэрроу послал в горы, чтобы побудить циклопов начать войну против Эриадора и Дун Дарроу. Я передам вам полное признание герцога Ресмора, чтобы вы показали его вашим лордам.

Посол кивнул. У него не было никакого желания втягивать Гасконь в войну, но Бринд Амор и не просил этого, да и не ожидал от посла такого обещания. Королю Эриадора нужно было только, чтобы Гасконь поддерживала его морально или хотя бы сохраняла нейтралитет.

— Я сейчас же пошлю своих гонцов, — сказал Фелиз, поклонился и повернулся к выходу, но прежде взглянул на Бринд Амора и кивнул. Ничего другого королю Эриадора не требовалось. Посол вышел из зала, поспешно обдумывая открывшиеся возможности. Для Гаскони такое положение дел вполне могло оказаться прибыльным. Каков бы ни был исход войны, обеим сторонам скоро понадобятся тонны всяческих припасов.

А в аудиенц-зале Бринд Амор махнул стражнику, стоявшему у дверей в противоположном конце, и когда тот отпер ее, она с треском распахнулась и в зал ворвались король Асмунд и Этан.

— Вы не представили еще одного своего союзника, — объяснил Этан. — Мой король считает, что им пренебрегают.

— Я не мог открыть секрет самого мощного своего оружия, — ответил Бринд Амор, жестом приглашая Асмунда занять трон рядом с Белликом — собственный трон Бринд Амора.

Гордый хьюгот выпятил грудь и занял почетное место, вполне удовлетворенный и оказанной честью, и определением своих воинов как «самого мощного оружия» Бринд Амора.

17

ПЕРВЫЕ ШАГИ

— Я удержу Асмунда и моих людей от лишнего кровопролития, — негромко уверил Этан Лютиена.