— Наверное, этот гризли нашел меня по запаху и решил съесть.

— Сложно сказать, племянник. Сдается мне, он просто никогда не видел белого человека и ему стало любопытно, что ты за диковина. Если бы он на самом деле хотел тебя сожрать, сразу же сделал бы это.

— В следующий раз я побегу что есть силы, — сказал Натаниэль, вспомнив совет, который Зик дал ему в Сент-Луисе насчет индейцев.

— Ни в коем случае.

— От медведей что, нельзя убегать? — удивился Нат.

— Бежать можно только в одном случае, — засмеялся Зик. — Если медведь уже погнался за тобой. Здешние места кишат медведями, их тут как блох на бездомной собаке. Ты постоянно будешь натыкаться на гризли, так что слушай и запоминай. Если гризли к тебе приближается, держи себя в руках. Стой на месте. Смотри на него. Скорее всего он встанет неподалеку и будет смотреть тебе в глаза, пристально, как бы оценивая, чего ты стоишь. Если ты струсишь и побежишь, он догонит тебя и разорвет на куски. Так же и с другими зверями. Господь велел человеку властвовать над животными, и зверь не тронет тебя, если ты себя перед ним не уронишь.

Натаниэль переваривал новые сведения. Ага, получается, этим утром он допустил целых два промаха. Вначале ушел из лагеря без оружия, а потом пытался убежать от медведя.

— То же самое с индейцами, — продолжал Изекиэль. — Никогда не показывай, что ты струсил, или пожалеешь, что появился на свет. Индейцы превыше всего ценят храбрость и мужество. Поэтому они придают столько значения подсчету ку.

— Подсчету чего?

— Ку. Чтобы снискать боевую славу, индеец должен подойти к своему врагу вплотную и коснуться его рукой, оружием или специальным жезлом. Так он доказывает, что он настоящий мужчина и храбрый воин. Каждый раз, когда индеец касается врага, он засчитывает себе ку.

— Я не понимаю, — сказал Натаниэль. — Что такого особенного в том, чтобы коснуться своего врага?

— По индейским понятиям, для того чтобы убить врага издалека — застрелить из лука, ружья, — особой храбрости не надо. Храбрость в том, чтобы встретиться с противником лицом к лицу и убить его копьем, ножом или в рукопашном бою, — объяснил Зик. — Поэтому самыми достойными считаются те воины, у которых больше ку.

— А я думал, они убивают просто так, для удовольствия.

Изекиэль посмотрел на племянника:

— Индейцы люди дикие, но не дикари, не важно, что ты вычитал про них в газетах.

— Ты так говоришь, будто восхищаешься ими.

— В них есть чем восхищаться. Ты сам увидишь.

Зик пришпорил лошадь. Через два часа они остановились у небольшого ручья. Близ воды росли кедры; Натаниэль сел и привалился к стволу одного из них, радуясь, что может хоть немного отдохнуть. Зик, приложив ладонь ко лбу, напряженно вглядывался вдаль.

— Кто-нибудь из твоих друзей погиб от рук индейцев? — спросил Нат.

— Года полтора назад трое моих близких друзей попали в засаду, устроенную черноногими неподалеку от слияния Миссури и Джефферсон.