— Она проживет дольше, если будет кому рассказывать ее, — заметил Карьян. Йонг утвердительно хмыкнул.

Мы тяжело дышали и с ног до головы были забрызганы вражеской кровью, но не чувствовали усталости, возвращаясь на трофейных лошадях к ожидавшим товарищам. Весть о нашем успехе передалась по колонне, и я услышал крики радости. Не всегда же нам быть беспомощными жертвами!

Мы вошли в долину, остановились у каньона на время, достаточное для того, чтобы забрать остальных лошадей и избавить трупы от теплой одежды, а затем двинулись дальше. Нужно было как можно быстрее покинуть это место.

Наконец, незадолго до наступления темноты, ущелье снова стало расширяться, и мы нашли большую площадку, где можно было поставить кольцо из повозок.

Я сидел, прислонившись к колесу повозки, рядом со стреноженным Луканом и точил кинжал. От меня дурно пахло, зато я почти согрелся, накинув на плечи вонючую куртку из овчины, снятую с трупа горного бандита.

Снегопад почти прекратился. Я поднял голову и увидел маленькую Эллори, протягивавшую мне чашку с дымящимся напитком. Я выпил глоток горячего чая и почувствовал, как тепло распространяется по всему телу. Эллори опустилась рядом со мной.

— Я много думала, Дамастес.

— О чем же?

— Ты сказал, что мы будем партнерами.

— Да, конечно.

— Если мы партнеры, и если я хочу открыть гостиницу, то это значит, что ты поможешь мне?

— Неплохая идея, — сказал я. — Но я солдат, поэтому мне придется проводить много времени в походах.

— Ничего страшного. Моя мама... — голос девочки на мгновение прервался, затем она овладела собой, — мама говорила, что мужчине не следует подолгу оставаться рядом с кухней, иначе он начнет слишком много о себе думать.

— Наверное, твоя мама была права.

— Может быть, Жакоба присоединится к нам, — продолжала девочка. — Я знаю, ты ей нравишься. А она тебе нравится?

— Э-ээ... думаю, да. Да, нравится.

— Она нравится тебе больше, чем я?

Я осторожно подбирал слова.

— Вы обе мне нравитесь... но по-разному, понимаешь?

— М-мм... А когда я вырасту, ты будешь любить нас обеих одинаково?

Я не стал отвечать на этот вопрос, предпочитая сменить тему.

— Ты не знаешь, есть ли у тебя родственники, с которыми ты могла бы пожить, пока не станешь достаточно взрослой и самостоятельной, чтобы открыть нашу гостиницу?

— Не думаю, — в ее голосе звучала тоска. — Я не знаю, куда мне идти.

— Зато я знаю, — неожиданно сказал я. — Я знаю место, где никогда не бывает холодно.

— Никогда-никогда? — удивленно спросила Эллори.

— Честное слово. Там тепло и зелено, а вокруг есть много разных животных, с которыми можно играть.

Я начал рассказывать ей о поместье моих родителей. Если у девочки не осталось родственников, они могут взять ее к себе — там более чем достаточно женщин, которые будут рады позаботиться о ней. Эллори слушала внимательно, с широко распахнутыми глазами. Когда иссякли похвалы, расточаемые мною в адрес Симабу, мы немного посидели в молчании.

— Может быть, я заведу себе котенка, — наконец сказала она.