|
— Но они будут одеты... по крайней мере, большинство из них.
— Кто устраивает вечеринку?
— Одна молодая женщина, графиня Аграмонте-и-Лаведан. Аграмонте — очень старинный род, богатый и могущественный. Говорят, принадлежащие им земли по площади не уступают любой из провинций Нумантии.
Она вышла замуж немногим более года назад. У графа Лаведана почти столько же золота, как и у нее, но она настояла на сохранении своей девичьей фамилии, а Лаведаны не настолько глупы, чтобы спорить с Аграмонте.
С этими людьми стоит познакомиться, Дамастес. Пожалуйста, передай им мои извинения, хотя я сомневаюсь, что ты встретишься с графом Лаведаном. Он больше интересуется своим семейным делом — кораблестроением и мореплаванием, чем политикой или философией.
Желаю приятно провести время.
Дом стоял на набережной — огромный, прямоугольный, высотой в пять этажей, освещенный газовыми фонарями с обеих сторон парадных ворот в высокой ограде из кованого чугуна с изумительными украшениями. Я спешился и вошел внутрь.
Отдав привратнику свой плащ и шлем, я направился в ту сторону, откуда доносились звуки разговоров и приглушенный смех.
Я миновал огромный бальный зал с высоким потолком, темный и пустой, и присоединился к собравшимся. Вечеринка проводилась в круглой комнате, уютно и со вкусом обставленной. На буфете стояла огромная серебряная чаша с пуншем.
Здесь было около тридцати человек, и я сразу же понял, что имел в виду Тенедос. Их одежда представляла собой мешанину разнообразных стилей, включая по крайней мере два совершенно оригинальных, а приглашенные принадлежали ко всем классам общества — от богатейших до самых бедных. Все они радостно спорили, слушали один другого или обменивались глубокомысленными замечаниями.
— Ах, — послышался голос за моей спиной. — Должно быть, это Лев Сулемского Ущелья! О Лев, будете ли вы рычать сегодня вечером?
Я повернулся с заранее подготовленной улыбкой, собираясь ответить на шутку дежурной любезностью, но в следующее мгновение мир вокруг меня заблистал, как будто боги внезапно превратили его в золото.
Женщина была совсем молоденькой; позднее я узнал, что ей едва исполнилось восемнадцать лет. Ее рост не превышал пяти с половиной футов; длинные, согласно общепринятой моде, волосы были уложены так, что падали волной на одну сторону, заканчиваясь над ее маленькими, дерзко торчащими грудями. Она носила вызывающе полупрозрачное платье с открытым верхом и тонкими бретельками, которые перекрещивались на груди, выгодно подчеркивая сочные изгибы ее тела.
Ее округлое лицо выглядело по-детски простодушным, но в глазах светился ум. Губы были маленькими, но чувственными. Она тоже улыбалась.
Наши глаза встретились, и ее улыбка исчезла.
— Я... я графиня Аграмонте-и-Лаведан, — пробормотала она, неожиданно смутившись. Ее голос упал почти до шепота.
Совладав с собой, я поднес ее руку к губам.
— Капитан Дамастес а'Симабу, графиня.
— Вы можете называть меня Маран, — сказала она.
Я отпустил ее руку, снова заглянул ей в глаза...
...и утонул в них на миллион лет.
Глава 16
Маран
Выражение ее лица внезапно изменилось, чем-то напомнив мне щенка, который совершил какую-то оплошность и теперь ожидает, что его накажут.
— Извините, графиня... то есть, Маран, — быстро сказал я. |