— Мне все равно. Пусть там будет детская.

Ее глаза расширились от удивления, затем она хихикнула.

— У вас богатое воображение, сэр.

— В самом деле? — пробормотал я. Мой член неожиданно напрягся. Я резко, глубоко вошел в Маран. Она ахнула; ее ногти впились мне в спину. Я прижал ее колени к груди и улегся сверху, крепко сжимая ее ягодицы; спустя некоторое время мы оба одновременно закричали в последний момент.

Листки новостей могли проявлять неосведомленность в описании настоящих событий, происходящих в Нумантии, когда репортеры писали под диктовку Совета Десяти, но зато они были необычайно искусны в раздувании скандалов.

Я едва успел перевезти свои скудные пожитки в дом Маран — в наш дом, как я старательно напоминал себе, будучи самым молодым и беднейшим из всех нумантийских домициусов, — когда о нашем романе раструбили по всему городу. Теперь все знали меня как Дамастеса-Обольстителя, Совратителя Жен и Грозу Богачей.

Я слышал смешки за своей спиной в большой палатке, которую офицеры 17-го Уланского полка использовали в качестве столовой. Разумеется, я не мог достойно ответить на сплетни или бросить вызов, как бы мне того ни хотелось. Не знаю, кто болтал больше других — возможно, некоторые шалопаи из Золотых Шлемов или же слуги, решившие таким образом прибавить немного серебра к своему жалованью. Я не искал виноватых: горожане жаждали скандала, и если бы слухи не просочились в одном месте, то нашлась бы другая отдушина.

Тенедос тоже подшучивал надо мной.

— Дамастес Прекрасный! Ну что ж, домициус: вы определенно снова приобретаете репутацию сердцееда. Теперь городские красотки могут засвидетельствовать, что в вашем распоряжении имеется два длинных меча!

Все красотки и искательницы славы, досаждавшие мне в первые дни нашего пребывания в Никее, удвоили свои усилия в надежде соблазнить меня или хотя бы провести приятный вечер в моем обществе. Теперь их желания и предложения высказывались в самой откровенной форме.

— Как они не понимают, что я счастлив с одной женщиной? — возмущался я. — Вообще, из-за чего такой скандал?

— Если они считают, что могут не стесняться в выражениях, то почему ты должен стесняться? — спросил Тенедос. — Ты всего лишь человек, не так ли? Разве все мы бо льшую часть свободного времени не пытаемся совокупляться со всем, что движется?

— Сэр, я не никеец.

— Это не так уж и плохо, — задумчиво промолвил Тенедос.

Насколько мне было известно, в те дни он продолжал хранить верность Розенне. Но это не имеет отношения ко второму интересному событию, о котором я хочу рассказать.

Демон был размером с мой большой палец и напоминал тюленя с тигриными клыками и четырьмя хватательными конечностями. Когда я приблизился к нему, он зашипел.

— Что это? — поинтересовался я.

— Полезный маленький дух, — ответил Тенедос. — В данный момент он собирается поработать для меня золотоискателем.

— Как бы это не оказалось для него непосильной задачей, — скептически произнес я.

— Он будет искать всего лишь одну монетку, — пояснил Тенедос. — Я использую ее, чтобы добраться до остальных.