Вокруг него стояли мужчины и женщины, также одетые в белое, но каждый из них, кроме того, носил желтый кушак. Мне показалось, что один из них очень похож на Бейбера Фергану, но помоложе и не такой толстый.

— Его брат? — предположил я.

— Возможно. Я попытался переместиться поближе, а затем кто-то... что-то... ощутило меня. Толпа сразу же взвыла от ярости. Люди вокруг алтаря — по-видимому, их лидеры — как будто увидели меня. Они выкрикивали проклятья и указывали на меня пальцами. Я не знал, что делать. На меня нахлынуло ощущение леденящего ужаса и полной беспомощности, словно я внезапно оказался на пути у разъяренного тигра.

В следующее мгновение меня бы схватили и разорвали в клочья... но тут вмешался ты и спас меня.

Это уже второй раз, Дамастес. Еще раз, и тебе придется усыновить меня, ибо только близкие родственники могут находиться в подобном долгу друг у друга.

Тенедос слабо улыбнулся своей шутке. Я не обратил на это внимания.

— Но что за существо в пещере, которое могло увидеть вас? Еще один волшебник или группа волшебников? Вы ощутили присутствие Иршада?

— Не знаю... не могу сказать. Если это волшебник, то очень могущественный. Может быть, группа чародеев или джаков.

Зато теперь я знаю, что Товиети действительно существуют, и если их реакция на мое появление может служить показателем, то они враждебны по отношению к нумантийцам. Возможно, если бы я носил знак, напоминающий всем и каждому, что я родом из Палмераса и питаю не больше любви к другим нумантийцам, чем они сами, я был бы в безопасности, — он передернул плечами и допил остатки бренди. — Все-таки в Совете Десяти заседают не такие паникеры, как я думал. В пещере есть... что-то опасное. Когда мы пошлем курьеров через Сулемское ущелье, я обязательно оповещу Совет о случившемся.

— А как быть с убийством Элюарда?

— Не знаю, — ответил Тенедос. — Шнур не помог мне узнать, как убийце удалось проникнуть в посольство, а все слуги, которых я проверил, чисты. Чародейская сеть Товиети сплетена весьма искусно. Пожалуй, я смог проследить за удавкой до места ее появления лишь потому, что в Сайане мало чародеев, равных мне по силе.

А что до наших дальнейших действий... я могу усилить магическую защиту, наложенную на резиденцию, но это не более чем временная, оборонительная мера. Нам остается соблюдать крайнюю осторожность и надеяться, что мы сумеем раскрыть их планы... прежде чем они начнут экзекуцию. [3] Прошу прощения, кажется, я выразился неудачно.

Он осушил еще один бокал бренди, не заметив, что я едва прикоснулся к своему. Попрощавшись, я вернулся в свои апартаменты.

Но в ту ночь я так и не заснул.

Впрочем, судя по числу освещенных окон, все остальные тоже не спали.

Через два дня мы получили приглашение на банкет при дворе ахима Бейбера Ферганы. Его можно было рассматривать как приказ, ибо празднество устраивалось в честь годовщины восхождения нынешнего ахима на трон. Любой человек благородного звания, не прикованный к смертному одру, был обязан явиться с подобающими подарками, иначе его отсутствие рассматривалось как объявление кровной вражды.

Я уже пропустил несколько приемов у ахима и надеялся найти какой-нибудь предлог, чтобы пропустить и этот. Его представление о веселом празднике сводилось к выслушиванию бесконечных речей, песен и стихов, восхвалявших его несравненные достоинства во всех сферах жизни — от постели до войны и политики. Одновременно он непрерывно поглощал огромное количество деликатесов, сопровождая этот процесс обильными возлияниями, и постепенно входил в полусонное состояние — этакий полубог, наделенный всеми добродетелями, дарованными человечеству.