– Придется вернуться позднее, - негромко проговорил Лэмпарт. - Может быть, много раз, пока они к нам не привыкнут. Если это вообще произойдет.

Он развернул сани и направил машину обратно.

– Насколько рассчитана твоя программа? - спросила Доротея, прерывая молчание.

– Общий план предполагал, что в каждом районе я буду находиться в течение тридцати дней, в зависимости от обстоятельств, естественно. Но на первую стоянку отведено вдвое больше - шестьдесят. Чтобы привыкнуть к сложным условиям. Затем перелет примерно на пятнадцать градусов западнее, причем характер местности будет играть не последнюю роль. Таким образом, я облечу всю планету - триста шестьдесят градусов - за два года.

– По твоим словам, сейчас идет тридцать пятый день. Значит, у нас осталось двадцать пять. После чего придется перебраться на новое место.

– Я понимаю, о чем ты думаешь. - Лэмпарт смотрел вперед. Расщелина петляла, по бокам мелькали красные и синие деревья. - Мы живем в очень симпатичном районе, я успел к нему привыкнуть. Кроме того, рядом мы обнаружили людей - или вроде того… однако я уверен, что на планете есть и другие разумные существа. И красивые места.

– Но там все будет иначе, - возразила Доротея, опустив ладонь на его руку. - Именно здесь мы встретились. Я хочу сказать, впервые узнали друг друга по-настоящему. И ты сбил с меня глупую спесь, показав, какова я на самом деле!

– Не нужно так говорить, - запротестовал Лэм-парт. - Ты даже не представляешь, какие ужасные планы я вынашивал. Я уже считал планету своей собственностью! - Он рассмеялся. - Хорошенького я был о себе мнения, да? Джон Лэмпарт, хозяин целого мира… А потом, когда я понял, кто ко мне прилетел, и вспомнил, как ты пыталась одержать надо мной верх… Я ведь думал, что мне удалось от тебя сбежать - если забыть о кошмарах. В них ты меня постоянно преследовала.

– Джон! Тебе снятся кошмары… про меня?

– Теперь - нет. Они прекратились, как только ты прилетела. Ты хорошо себя вела, оказалась надежным другом и партнером - я никогда не думал, что такое для меня возможно. Черт возьми, многое изменилось. Когда я вспоминаю прежнего Джона Лэмпарта, то кажусь себе очень скучным типом.

– О нет! - Теперь пришел черед протестовать Доротее. - Скучным ты никогда не был. С самого начала я чувствовала, что у тебя есть качества… не знаю, как их правильно описать… - Задумчиво глядя перед собой, Доротея сжала руку Лэмпарта. - Все люди, с которыми я раньше встречалась, не представляли для меня никакого интереса. Уже через несколько минут знакомства мне становилось все ясно. Определенный набор поз, фраз и ценностей… А ты… В твоей душе будто жили целые миры, скрытые от посторонних глаз. Но я довольно быстро поняла, что ты никого туда не пускаешь. И страшно злилась: тебе дано так много, а мне - ничего.

Доротея неожиданно повернулась к Лэмпарту, и в ее глазах возникло просительное выражение.

– Мои слова кажутся глупыми, Джон? Я такая богатая и испорченная… На самом деле у меня ничего нет. Я жила короткими мгновениями, постоянно искала что-то новое, интересное и возбуждающее. Но ты же знаешь, мне было на все наплевать!

Я прилетела сюда, и моя жизнь изменилась. Я что-то делаю, помогаю тебе… я приношу пользу, даже если она и минимальна. Например, юбка из кожи ящерицы - совершенно уникальная для меня вещь. Потому что я сделала ее сама. Кстати, - Доротея хихикнула, и у Лэмпарта потеплело на сердце, - сиденья немного жестковаты, но это поправимо.

Она встала, балансируя на планке, сложила юбку и уселась на нее.

– Вот так-то лучше. Я не придираюсь! - торопливо добавила она.