По Новому мосту я перехожу реку и нахожу укромное место, откуда могу наблюдать за Высокой Стеной. Названия городу Крату и составляющим его частям были даны с таким же недостатком воображения, с каким Зодчие возводили замок. Ящикообразный утилитаризм замка отразился и в названии города. Если бы у меня была власть строить на века, если бы я знал, что воплощенное мною в камне будет стоять тысячу лет, я бы вложил в свое строение добрую долю красоты.

Высокая Стена действительно высокая, но она плохо освещена. К западу от Тройных ворот нарушена кладка, когда-то в этом месте под прямым углом отходила вторая стена, впоследствии разрушенная. В детстве я часто лазил здесь. Сейчас мне это кажется легким делом. Если раньше требовались усилия, чтобы схватиться рукой за следующую опору, то сейчас я могу пропустить сразу несколько таких опор. Мои руки хорошо знают поверхность стены. Мне не нужно видеть ее. Я все помню на ощупь. Я успеваю подняться на стену прежде, чем караульный закончит обход. Ее дальняя сторона увита плющом. Я бы запретил плющу виться по стенам моего замка — он превращает спуск в плевое дело.

Юный Сим воображал себя ассасином и неустанно тренировался. Это было его любимым развлечением — короткий нож, для маскировки опавшие сухие листья, подсыпанные в пудру или подмешанные в краску, и время от времени он использовал струну своих гуслей как гарроту. Из всех моих братьев именно юный Сим был коварно опасным. В прямом поединке я бы его наверняка сразил мечом. Но стоило только потерять парня из виду, в следующее мгновение его нельзя было обнаружить. Он являлся, когда сам считал нужным. И в тот момент, когда ты забывал, что нанес ему обиду, он тебя находил. Сим готовил себя к долгой игре и поделился со мной малой долей своих знаний.

Для маскировки, говорил он, мало просто сменить одежду и искусно нанести грим. Суть маскировки лежит в изменении походки и движений. Разумеется, переодеться, приклеить себе фальшивый подбородок из замазки, нарисовать шрамы — все это только на руку в определенных обстоятельствах, но первое, что надо сделать, учил Сим, — изменить свою походку. Двигайся с уверенностью, верь, что ты имеешь полное право находиться там, где ты находишься. Иди целенаправленно. И тогда даже такая безделица, как шляпа, может полностью изменить твой облик.

Я уверенно шагаю по улицам Старого Города прямиком к Восточным воротам, через которые в Высокий Замок завозят провиант. Десяток солдат, высокие, крепкие, — патруль моего отца — идут мне навстречу по улице Вязов. Мельком смотрят в мою сторону, и только.

Три факела горят над Восточными воротами. Их называют воротами, но это всего лишь большая дверь, пять ярдов высотой и три шириной, из черного дуба с железными полосами, в центре — дверь размерами поменьше, предназначенная для обычных людей, а не для великанов. Рыцарь в лагах охраняет вход. Если бы он хотел действительно что-то увидеть, ему следовало бы держаться в тени.

Я поворачиваю в сторону и подхожу к основанию стены замка, недалеко от угла квадратной сторожевой башни. Человек, который хочет спасти себя от ножа ассасина, концентрирует внимание на своей защите. Ты не можешь остановить неизвестного врага-одиночку, когда он пересекает границу твоих владений. Ты не можешь остановить его при входе в город. Если он недостаточно опытен, тебе может повезти, и ты обнаружишь его у стен замка, когда он попытается найти способ проникнуть внутрь. Твоя сторожевая башня, если она надежна и хорошо охраняется, может задержать его. Но неразумно полагаться на это. Защищаясь от ассасина, не следует средства защиты рассредоточивать по всей территории своих владений, сконцентрируй их вокруг себя. Десять добрых молодцев у твоей спальни защитят тебя лучше, чем тысяча, разбросанная по всему королевству.